Только тролли или манкурты могут смеятся над тем к чему должна стремится каждая страна оказавшая в оккупации. Свобода, честь и справедливость у них проданы за деньги и мирские блага

Сразу после чего? ))) Че куришь, старик?))))))))

Все-таки нельзя так писать про культуру и кульутрыне мероприятия. 

Страна наша готовиться к очереднему "возвращению исконно русских земель" в лоно российской империи?  Не знаю к чему, но что-то масштабное видимо затевается в кулуарах, а масса людей все это поддерживает по всей видимости.  

В ютуб есть выступление имама Чумакова по этому поводу, где он, в том числе говорит, что в публикациях этого малоуважаемого и малокомуизвестного человека, добивающегося признания и популярности такого рода дешевенькими провокационными статейками, взяты его слова из интервью данного этому сайту Кавказский узел. Но взяты они, как я понял и перекверканы до невозможности.  Насколько я понял, в конце был совершен дуа, в котором верующие просили Всевышнего наказать тех, кто сеет вражду между мусульманами и тех, кто пытается очернить Ислам и мусульман.  Я говорил Аминь и говорю сейчас - Пусть Аллах унизит тех, кто пытается сеять вражду между мусульманами и очернить религию истины! 

Нужно задержать всех членов мошеннической группировки, а также проверить на причасность к группе этих престпуников других, близких к ним людей.  Вообще странные, конечно дела творятся, когда один замминистра сам без ведома насальстваи или бухгалтерии может перечеслить и обналичить такие суммы. Необходимо провести расследованиеи  провести проверки в минфине регионе и в этих трех компаниях, через которые шли хищения.   Пусть обяжут вернуть деньги до последней копейки.  

Всех с праздником! Ид Мубарак! 

Это что уже насмешка над народом( ответным огнём)

Я вообще не пью водопроводную, только из бутылок и фильтрованную.

Всему этому [...] пожизненные сроки. [Комментарий отредактирован модератором интернет-СМИ "Кавказский Узел". Оскорбления запрещены Правилами.]

Сразу после независимости Дагестана, первые действия нового правительства это распустить все эти банд формирования в погонах из за утраты доверия к ним народа, набрать новых людей другая форма и название.

Как видите, о всех фактах фальсификации доказательств в уголовном деле в суде апелляционной инстанции было сказано, каждый из них мотивированно обоснован. Но, как видите, видать была какая-то инструкция опрадательный приговор не выносить... . 

Чтобы у Вас не возникло вопросов о чём я говорил, или не гововорил в суде апелляционной инстанции, скидываю своё выступление в целом: "Уважаемая коллегия, уважаемые стороны, участвующие в деле!   Мы не согласны с вынесенным приговором, считаем его незаконным и необоснованным, и настаиваем на полной невиновности подсудимого в совершении вменяемого ему преступления. В апелляционной жалобе, поданной стороной защиты со ссылками на материалы дела, судебную практику и законодательство, имеется надлежащее обоснование того, что суд первой инстанции не только допустил грубую судебную ошибку, признав Мусаева Асруди Салмановича виновным в совершении вменяемого ему преступления, но и сам совершил действия, которые вполне заслуживают оценку, предусмотренную ст. 305 УК Российской Федерации. Без сомнений судебная коллегия знакома с аргументацией, изложенной в этой жалобе, поэтому в настоящем выступлении я, в основном, буду обращать внимание только на те обстоятельства, которые не вошли в неё. Тем не менее, к сожалению, моя речь будет относительно объемной и связано это прежде всего с большим количеством нарушений, которые допустила не только сторона обвинения на стадии предварительного следствия, но и, игнорировав которые, допустил суд, добавив к ним свои. Моя речь выглядела бы сухой, однородной и скучной, если бы я её не начал со следующего факта. Как известно, в соответствии с ч. 1 ст. 46 Конституции РФ, каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. Исходя из этой конституционной нормы, уголовно-процессуальный закон предписывает, что только суд правомочен признать лицо виновным в совершении преступления (п. 1 ч. 1 ст. 29 УПК РФ), что суд не является органом уголовного преследования и не выступает на стороне обвиняемого или защиты (ч. 3 ст. 15 УПК РФ), и что никакие доказательства не имеют заранее установленной силы (ч. 2 ст. 17 УПК РФ). Именно в этих целях проводится судебное разбирательство, которое должно происходить с соблюдением указанных в гл. 35 УПК РФ условий, с фиксацией хода судебного разбирательства в протоколе судебного заседания (ст. 259 УПК РФ) и с вынесением итогового решения в строгом соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Однако, по данному уголовному делу от выполнения возложенных на него функций по отправлению правосудия суд фактически устранился.   Известно, что суд до ухода в совещательную комнату не может знать о решении, которое он вынесет по тому или иному делу, и только после его выхода из совещательной комнаты должно стать об этом известно. Никто не вправе в момент нахождения судьи в совещательной комнате общаться с ним, судья также в этот момент не вправе общаться с посторонними лицами.  Однако обстоятельства дела говорят о том, что федеральный судья Ачхой-Мартановского района, рассмотревший данное уголовное дело, заранее знал какой приговор он вынесет по рассмотренному уголовному делу. Судите сами, анализ содержания постановленного судом (судья Якубов С.) обвинительного приговора в отношении Мусаева А. С. свидетельствует о том, что этот документ по существу и в значительной своей части, а именно в той, в которой излагаются описание преступных деяний осужденного и доказательства  его вины  является точной копией данных из обвинительного заключения следователя Исаева А. М. с сохранением тех же самых стилистических оборотов, ошибок, декоративных дефисов и точек, исполненных следователем в своем итоговом документе, составленном по окончанию предварительного расследования. Обратите внимание на первые пять страниц приговора и сравните их с первыми пятью страницами обвинительного заключения, и Вы сами убедитесь в том, что они являются точной копией вводной части из обвинительного заключения следователя, и для того, чтобы её скопировать у следователя, составившего обвинительное заключение, судье нужно было встретиться со следователем и взять у него «флешку», а сделать он это мог по известным причинам только до своего ухода в совещательную комнату. Выходит, что судья заранее знал какое он должен вынести решение, а значит судебное разбирательство им проведено формально, с заранее предопределённым решением, составленным в основном (как мы видим) путем воспроизведения в нем изготовленных органом предварительного расследования материалов уголовного дела и обвинительного заключения. А ведь известно, что приговор суда является важнейшим актом правосудия и согласно требованиям статьи 307 УПК РФ начало его описательно-мотивировочной части должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным. Каким же справедливым может быть приговор, составленный таким образом, если суд  даже в этой части не смог руководствоваться своим внутренним убеждением, если оно у него вообще имелось?   Любой ученик на уровне 4-5 класса общеобразовательной школы убедится в том, что я говорю, правда, поскольку всё настолько явно и очевидно, что для этого не нужны специальные познания, но только не прокурору, участвовавшему в суде при рассмотрении уголовного дела, который самым циничным образом заявляет, что довод адвоката, утверждающего о том, что «описательно-мотивировочная часть приговора скопирована с обвинительного заключения не соответствует действительности не соответствует действительности».   Я до последней минуты полагал, что суд при любых обстоятельствах вынесет в отношении Мусаева А. С. оправдательный приговор, поскольку иного решения при явно очевидных фактах фальсификации доказательств, имевших место в ходе предварительного следствия, и не могло быть. Я, делая такие предположения, не склонялся к тому, что мой подзащитный совершал или не совершал те действия, которые ему приписывают, а исходил из того, что уголовное дело, возбужденное в отношении Мусаева А. С., от его начала и до его конца было обосновано таким количеством фальсифицированных фактов и документом, что иного решения и быть не могло.   В ходе судебного следствия было допрошено 63 человека: из них 49 потерпевших и 14 свидетелей с их стороны. Ни одно показание из 63 допрошенных в суде лиц не смогло доказать законность обвинения, которое предъявлялось Мусаеву А. С.. Наоборот, все допрошенные своими показаниями доказали его непричастность к совершению вменяемого ему преступления. Более того, своими показаниями почти все допрошенные показали, что незаконно возбуждая в отношении  Мусаева А. С. уголовное дело, отдельными должностными лицами и в частности следователями, проводившими его расследование, совершены деяния, которые уголовным кодексом Российской Федерации квалифицируются как преступления. Так, 16 допрошенных в суде потерпевших и свидетелей в категоричной форме заявили, что они Мусаева А. С. в суде видят впервые, и что они в ходе предварительного следствия следователям каких-либо показаний в отношении него не давали, хотя в уголовном деле имеются протоколы, составленные в ходе предварительного следствия, с  показаниями обвинительного характера в отношении Мусаева А. С.. В 44 протоколах из 49 протоколов допрошенных в суде лиц, показания скопированы друг с друга, а в 34 протоколах – друг с друга скопированы анкетные данные Мусаева А. С.. В совокупности ни один из протоколов допроса потерпевших и свидетелей, положенных обвинением в основу для возбуждения уголовного дела в отношении Мусаева А. С., не мог являться допустимым доказательством, поскольку все они в той или иной мере были фальсифицированы. О каждом из них защитой Мусаева А. С. в суде первой инстанции говорилось и в своей защитительной речи им было сказано. Как видим из приговора от 23 декабря 2014 года, показания всех без исключения потерпевших и свидетелей с их стороны, данные в суде во время их допроса (а их было 63 человека), судом игнорированы, полагая, что эти показания не соответствуют действительности и являются попыткой  облегчить участь Мусаева А. С. и помочь ему уйти от ответственности. Спрашивается, так для чего суд рассматривал это уголовное дело, для чего он в течение одного года заслушивал потерпевших и свидетелей, если в конечном счете ни к одному из них он неприслушается? Выходит, что из 63 допрошенных в суде лиц ни один не говорил правду! Но тут же нет никакой логики: у людей украдены денежные средства в крупном размере, они пришли в суд, надеясь получить их обратно, и вдруг, увидев Мусаева А. С., разжалобились и, стараясь  облегчить его участь, стали суду давать ложные показания, не смотря на то, что за эту ложь в отношении них также могут возбудить уголовные дела!   В ходе судебного разбирательства были оглашены все без исключения протоколы допроса потерпевших и свидетелей, составленные следователями в ходе предварительного расследования. За исключением двух или трёх протоколов, все протоколы были оглашены по ходатайству защиты Мусаева А. С., поскольку в показаниях потерпевших и свидетелей, даваемыми ими в суде, а также в показаниях, которые имелись в протоколах их допроса, составленных следователями в ходе досудебного производства, имелись существенные противоречия. Но суд в своём приговоре ни в одном месте не указал о возражениях обвинения против оглашения того или иного протокола, а везде указывает о его согласии, применяя сочетание слов «с согласия всех сторон». То есть суд своими казалось бы не существенными для постороннего глаза искажениями в протоколе судебного заседания создаёт видимость благополучной атмосферы, в которой проходило судебное разбирательство уголовного дела в отношении Мусаева А. С.. А ведь почти все судебные заседания, за исключением нескольких, проходили в недопустимой обстановке, создаваемой государственным обвинителем, участвующим в деле. Ни один допрос потерпевшего или свидетеля с его стороны, который начинал выявлять факты фальсификации протоколов их допроса в ходе предварительного следствия, по вине государственного обвинителя не был доведён до логического конца, который не свойственным государственному обвинителю поведением и без разрешения председательствующего судьи прерывал этот допрос и своими угрозами о возможном возбуждении уголовного дела за показания, которые противоречат показаниям в протоколах предварительного расследования, добивался того, что лица, дающие эти показания, в конце-конце замолкали… . Чтобы не быть голословным в своих доводах, я к апелляционной жалобе приложил диск с аудиозаписью всего судебного процесса и, наверное, коллегия знакома с этой записью. Поскольку судебные процесс был открытым, я возможность прослушать эту запись предоставил и некоторым присутствующим сегодня в зале… . Судите сами: - как только потерпевший или свидетель с их стороны начинает давать показания, ставящие под сомнение их показания, которые имеются в протоколах их допроса в ходе предварительного расследования, государственный обвинитель в самой грубой форме, не обращая внимание на то, что он в суде, забывая, что он представляет орган, осуществляющий прокурорский надзор за соблюдением законности в суде, не даёт лицам, дающим показания в суде, отвечать на вопросы, поставленные перед ними и в первую очередь, поставленной защитой Мусаева А. С.; прерывая своим вмешательством то защиту Мусаева А. С., задающего вопросы тому или другому лицу, то перебивая сторону, отвечающего на эти вопросы. И не просто перебивая, а  угрожая возможным возбуждением уголовного дела за показания, которые противоречат их показаниям в протоколах предварительного расследования. Все подобные факты перечислить не возможно: для этого просто не хватит времени, но чтобы не быть голословным остановлюсь на одном примере. В суде 9 июля 2014 года при его допросе свидетель Алханов Сайд-Эмин Ахмедович показал, что в суде он Мусаева А. С. видит впервые и раньше его не знал; по делам, связанным с сертификатом на материнский (семейный) капитал, он по всем организациям ездил вместе со своей женой Азуевой Л. Б. и на своей машине, на допросе у следователя в ходе предварительного следствия он был вместе со своей женой и показания в отношении Мусаева А. С. не давал, поскольку он его не знал и не знает. Поскольку показания Алханова С-Э. А. существенно противоречили его показаниям в протоколе его допроса в ходе предварительного следствия (т. 2 л.д. 104-111), по моему ходатайству оглашается указанный протокол. Алханов С-Э. А. категорически отказывается от показаний в данном протоколе и вновь подтверждает свои показания в суде. При этом указывает, что на память свою он не жалуется! 13 августа 2014 года в суде допрашивается его жена Азуева Лиза Баудиновна, которая заявляет, что она по всем организациям по делам, связанным с сертификатом ездила вместе с Мусаевым А. С. на его машине, с нею никого из её родственников при её допросе у следователя не было и за услуги в нотариальной конторе платил Мусаев А. С.. Для устранения противоречий, возникших в показаниях Алханова С-Э. А. и Азуевой Л. Б., вновь по ходатайству защиты Мусаева А. С. допрашивается Алханов С-Э. А, который опять начинает повторять те же показания, которые он давал ранее при его допросе в суде 9 июля 2014 года. Но тут без разрешения председательствующего судьи в самой не подобающей для государственного обвинителя форме его перебивает прокурор, участвующий в деле; на повышенных тонах делаются подсказки, намекающие Алханову С-Э. А. о необходимости говорить о своей забывчивости, разного рода угрозы… В результате такой его «обработки» прокурором, если конечно действия прокурора можно назвать таким образом, Алханов С-Э. А., который буквально пять минут назад всё помнил, и который совсем недавно на память свою не жаловался, вдруг всё забывает и перестаёт помнить!?..  Он даже забывает, что он свою жену возил на своей машине! О чём же говорят обстоятельства, связанные с показаниями Алханова С-Э. А. и Азуевой Л. Б.?  Ответ напрашивается простой: «Алханов при своём допросе в суде давал или пытался давать объективные показания, а его супруга Азуева Л. Б. в основном говорила то, что для неё было заготовлено обвинением в ходе предварительного следствия, но ввиду какой-то несогласованности в действиях Алханова С-Э. А. задуманный сценарий был испорчен. При указанных обстоятельствах действия государственного обвинителя в суде давали основания полагать, что он выполнял чей-то заказ во что бы то ни стало добиться вынесения обвинительного приговора в отношении Мусаева А. С. и не допустить выявление фактов фальсификации доказательств, имевших место при возбуждении уголовного дела в отношении него. А если это так, то он это делал не совсем удачно, о чём свидетельствует аудиозапись данного судебного процесса. И тем более странным при указанных обстоятельствах выглядит поведение председательствующего судьи, который почти в течение всего судебного процесса (а он длился ровно один год) попустительствовал бесцеремонному (если не сказать не адекватному) поведению в суде государственного обвинителя, хотя вынесенный им приговор в какой-то степени и ответил на этот вопрос… . И чтобы не возвращаться к тому, как проходил допрос Азуевой Л. Б. и Алханова С-Э. А., который так и не был доведен до конца по вине прокурора, который перестал контролировать свои действия, суд вынужден был прервать судебное заседание и обязал государственного обвинителя на следующее судебное заседание принести «заключение»… . Но в своём протоколе суд это место скромно упустил… .   А ведь таких неадекватных и не подобающих государственному обвинителю действий в суде было почти на каждом судебном заседании!.. Только для этого достаточно послушать хотя бы, как проходили допросы Шантуровой И. М. (Файл А-0575), Рассухановой А. К. (Файл А-072), Баймурадовой М. Ж. (Файл А-576)… . Всех и не перечислить… . Суд, как только смог сгладил те вопиющие нарушения и противоречия, которые имели место в ходе судебного разбирательства. А противоречия были, и не просто противоречия! Представьте себе: - как я уже говорил, более 16 потерпевших и свидетелей с их стороны в суде заявляют, что они Мусаева А. С. в суде видят впервые, что они его раньше не видели, и что каких-либо показаний в отношении него следователям при их допросе они не давали! Но в протоколах их допроса появились показания обвинительного характера в отношении Мусаева А. С., и о каждом из них подробно указано в нашей апелляционной жалобе (Айдамирова П.М. (т. 2 л.д.89-94), Гарсултанова А. Б. (т.2 л.д. 124-130), Надаева М. В. (т. 2 л.д. 142-148), Эрсамурзаева З. М. (т.1 л.д. 171-178), Нахарбекова В. Н. (т. 3 л.д. 175-181), Нахарбеков И. А. (т.3 л.д. 182-188), Вадилова З. М. (т.2 л.д.183-191), Бекбулатова М. Т. (т. 3 л.д. 142-148), Дебиров С. А. (т. 3 л.д. 149-155), Хасанова М. М. (т. 2 л.д. 176-182),Бабиев И. А. (т. 1 л.д. 212-216), Рассуханова А. К. (т. 3 л.д. 51-55), Шантурова И. М. (т. 2 л.д. 81-86), Абазова Т. А. (т. 3 л.д. 58-64), Азаев М. Х. (т. 1 л.д. 179-185), Сулиманова Х. Ш. (т. 3 л.д. 35-40), Алханов С-Э. А. (т. 2 л.д. 104-111).     Следует ещё раз отметить, что каждый из этих 16 допрошенных в суде лиц предупреждался об ответственности за дачу заведомо ложных показаний, предусмотренной ст. 307 УК Российской Федерации.    В ходе судебного разбирательства обнаружилось, что протоколы допроса свидетелей Алдебирова Рустам Альвиевича (т. 2 л.д. 2070214), Алханова Сайд-Эмин Ахмедовича (т. 2 л.д. 104-111) и Мусханова Хусейн Заидовича (т. 3 л.д. 12-16) оказались точными копиями (светокопиями) с протоколов допроса их жён соответственно Емеевой М. А. (т.2 л.д. 202-206), Азуевой Л. З. (т. 2 л.д. 97-103) и Мазаевой З. Р. (т. 3 л.д. 26-32). Как бы это не выглядело смешно, но получилось так,  что у Алдебирова Рустама., Алханова Сайд-Эми и Мусханова Хусейна тоже имеются мужья и куда-то пошли с ними…  Кстати, я это не выдумал, это так сделали следователи… .   И не случайно, наверное, что все трое свидетеля (мужчины) от этих показаний в суде отказались, заявив, что они такие показания следователям не давали и давать по известным причинам не могли. Но суду это оказалось не убедительным, и он предпочтение отдает  сведениям из протоколов их допроса, составленных следователями, а раз так, то выходит,  что Алдебиров Р. А., Алханов С-Э. А. и Мусханов Х. З. в ходе предварительного следствия говорили о том, что у них имеются мужья!   Уважаемые члены судебной коллегии! Я понимаю, что такие вещи слушать неприятно, но всё, о чём я говорю, так и было и я хочу, чтобы всё это дошло до судебной коллегии, поскольку ссылаясь вот на такие нелепые, абсурдные, не состоятельные по своему содержанию, а порой до невозможности и смешные (хотя это и не к месту) документы, суд вынес свой обвинительный приговор в отношении Мусаева А. С., которому всё это не смешно.   Таких примеров множество и я не буду их перечислять, поскольку для этого потребуется уйма времени, но не указать  на следующие никак нельзя. Речь идёт о показаниях потерпевших Мутаевой Элины Алиевны и Яхьяевой Мадины Хажухметовны в суде, который состоялся 17 марта 2014 года. И Мутаева Э. А., и Яхьяева М. Х. в суде утверждают, что они оба в одно и то же время допрошены были разными следователями и в разных кабинетах, но в протоколах их допроса они значатся, как допрошенные одним следователем и в одном кабинете № 312.             При их допросе в суде  21 мая 2014 года потерпевшие Рассуханова А. В. (т. 32 л.д. 51-55), Геназова М. М. (т. 3 л.д. 3-9) и Шаипова З. С. (т. 3 л.д. 12-16) указали, что в ходе предварительного следствия все они допрашивались разными следователями, в разных кабинетах и в одно и то же время. А протоколы составлены на одного следователя Исаева А. М., и как будто допрос проведён в разное временное пространство и в одном кабинете № 312.             Да, мне могут возразить и сказать, что эти лица в суде говорили не правду, «пытаясь облегчить участь Мусаева А. С.»… .             Но тогда обратите внимание на следующее…             В 4 томе уголовного дела  имеется 18 протоколов очных ставок (Мандиева У. Ш., Азуевой Л. З., Надаевой М. В., Гарсултановой А. Б., Казавевой З. Н., Нугаевой Л. С-М., Базуркаевой Х. И., Шахидовой А. А., Абаевой З. Х., Халадовой С. Д., Бетиосултановой З. Л-А., Эльбиевой Р. Р., Шоиповой Р. Ш., Имазаевой Л. Б., Джабраиловой М. Х., Бекаровыой З. А., Элехановой З. О., Анзоровой З. У.), фальсификацию, которых уж точно никто не только не  опровергнет, но и, наверное, и не посмеет!..             Я на все 18 документов указывать не буду, поскольку все они одинаковые, а укажу только на два-три из них…             Следователь Бакаев Х. Х. при очной ставке, которую он 10 июня 2013 года проводил с участием потерпевшей Азуевой Л. Д.  (это кстати та Азуева Л. З., которая «перепутала» своего мужа Алханова С-Э. А. с Мусаевым А. С.), скопировал её показания из протокола допроса Азуевой Л. Д., который следователь Исаев А. М. составил 28 февраля 2013 года (т. 2 л.д. 97-103), и этот протокол (кстати) Азуева Л. З. подписала.             Следователь Бакаев Х. Х. при очной ставке, которую он 10 июня 2013 года проводил с участием потерпевшей Надаевой М. В., скопировал её показания из протокола допроса, составленного следователем Исаевым А.М. так же 28 февраля 2013 года (т. 2 л.д. 142-148), и Надаева М. В. также этот протокол подписала.             Точно таким же образом составлены и все остальные протоколы! Разве это не фальсификация!?             Наверное и тут государственный обвинитель Абуев И. И. осмелится заявить, что доводы Мадеева М. Х. не соответствуют действительности, или может быть Ачхой-Мартановский районный суд (судья Якубов С. А.) отнесется к ним критически, полагая, что они являются попыткой облегчить участь Мусаева А. С.!?               …Коротко об очной ставке, которую проводил следователь Пашаев М. С. 28 сентября 2013 года между Мусаевым А. С. и потерпевшими Хасхановой Мархой Мусаевной, Эльбиевой Фатимой Руслановной, Эльбиевой Раисой Руслановной, Гайрбековой Луизой Нурдиевной и свидетелем Гайрбековым Ризваном Кираевичем.     Нафоне вышеуказанных фактов этот эпизод может казаться малозначительным, но для Мусаева А. С., которого по натасканным фактам обвиняют, это не мелочь… . Как известно, в соответствие ч. 4 ст. 192 УПК РФ «Оглашение показаний допрашиваемых лиц, содержащихся в протоколах предыдущих допросов, а также воспроизведение аудио или видеозаписи, киносъёмки этих показаний допускается лишь после дачи показаний указанными лицами или их отказа от дачи показаний на очной ставке». Следователь Пашаев М. С., вместо того, чтобы задать какие-нибудь вопросы потерпевшим и свидетелям, некоторые из которых так и не поняли для чего их пригласили, фактически огласил показания, данные ими в ходе предыдущего допроса, задал им один единственный вопрос «Поддерживают ли они данные ими показания?» и, получив голословное «Да, поддерживаем», буква в букву перекопировал зачитанный им же текст, и оформил всё это как показания, данные допрошенными при очной ставке лицами. В результате этого грубого нарушения норм УПК РФ, предусмотренных ст. 192 УПК РФ, не только оказались фальсифицированными протокола очной ставки, но эти же лица, от имени которых следователь Пашаев М. С. в протокол очной ставки вложил не сказанные ими слова, в ходе их допроса в суде опровергли не только то, что ими было сказано в ходе предварительного следствия, но опровергли и то, что от их имени было вложено следователем в протокол очной ставки.   Уважаемая коллегия судей! Как видно, в уголовном деле имеются более чем это достаточно материалов,   чтобы коллегия могла вынести оправдательный приговор в отношении Мусаева Асруди Салмановича, и полагаю, что не вынести такой приговор не возможно, только для этого  достаточно не закрыть глаза на имеющиеся ужасно вопиющие факты фальсификации, с которыми, наверное, Российское судопроизводство ещё не встречалось.             Из материалов уголовного дела не видно, что Мусаев А. С.  нарушил уголовный закон, чтобы его обвинили в совершении вменяемого ему преступления. Он выполнял свои обязательства, взятые на себя как таксиста и как извозчика. Да, в ходе выполнения этих обязательств он в силу своих возможностей и помогал своим пассажирам, но оказывая эту помощь, он поступал по человечески и высоко нравственно.             Трудно себе представить, чтобы кто-то из нас на просьбу того или иного лица отказался бы указать ему где находится та или иная нотариальная контора, та или иная фирма или же указать какое-то место, где нужно поставить ту или иную подпись.             Однако, нельзя забывать и то, что оказывая людям эту помощь, Мусаев А. С. в свою очередь,  как мог, давал им понять, что за последствия он не отвечает, поскольку он всего лишь таксист. Вспомним по этому случаю хотя бы эпизод допроса 4 марта 2014 года Элехановой З. О., или эпизод допроса 6 февраля 2014 года Гайрбековой Л. Н., когда  Мусаев А. С., когда его об этом спросили, ответил, что ничего никому не гарантирует, поскольку он всего лишь таксист…                         Указанные мной фаты и обстоятельства, изложенные в апелляционной жалобе и в дополнении к ней, вполне достаточны для отмены приговора Ачхой-Мартановского районного суда Чеченской Республики от 23 декабря 2014 года в отношении Мусаева Асруди Салмановича и его освобождения из под стражи прямо в зале суда. Более того, считаю, что они достаточны и для того, чтобы судебная коллегия отреагировала на незаконные действия должностных лиц Следственного Управления СК РФ по Чеченской Республики, незаконно привлекших к уголовной ответственности Мусаева А. С.. Считаю, что они достаточно и для того, чтобы отреагировать на неподобающие государственному обвинителю действия представителей прокуратуры Ачхой-Мартановского района. При этом полагаю, что Судебная коллегия должным образом отреагирует на процессуальные нарушения председательствующего судьи Ачхой-Мартановского районного суда Якуба С. А., закрывшего глаза на все нарушения, допущенные в ходе предварительного следствия по данному уголовному делу, и вынесшему незаконный приговор в отношении Мусаева Асруди Салмановича. Указанные мной сейчас и имеющиеся в апелляционной жалобе и в дополнении к ней факты вполне достаточны для этого!"        

Гость! Вы обо всём, что пишите,  в суде апелляционной инстанции говорили и как они среагировали? Что-то не верится во всё это: если всё, что Вы пишите правда, то это же преступное сборище!..

У палача просить это уже слишком