Необходимо исключить давление на бизнес, создать условия для улучшения делового климата, повышения инвестиционной привлекательности региона, искоренения коррупционных схем, что, в конечном итоге, должно привести к оздоровлению экономики в целом. Коков 25.01.17

)))))..Вачовски....в тебе то сколько кабардинского,а,слоненок??...с хозбатским только не мешай.....

эт да..привет, Мизулина....ад греет огромную сковороду для тебя,старая жаба....

Спасибо, что не убивают?

хоть кулаком 3.14..зданул грозно по столу при этом....??....

дайте молодежи гребанную работу и никто никуда не будет уезжать/примыкать/воевать....

ровно 11 тыс...можно ли доверять цифре?....)..

))...

как вариант..почему бы и нет...

а кому ВООБЩЕ наше Хосударство помогает...республика в частности????...вопрос...

Все же перетекли стволы... или еще продолжают течь? Мы вкинули туда кучу стрелкового оружия, вот оно и возвращается? Я так понимаю что надо ждать роста убийств не из охотничьих ружей и табельных стволов, а из диких автоматов и пулеметов?

Дело не в оборотне, а в том, что в сегодняшней полиции - это устоявшаяся культура, культура выполнения заказа сильных мира сего. До 90-х они обслуживали государство, в 90-е они стали обслуживать бандитов, сегодня они обслуживают бандитов, которые получили власть и деньги, правда сегодня их еще заставляет начальство между делом обслуживать политические интересы государства и иногда закон. Раньше служение полиции государству было связано с наличием идеалогии, сегодня идеалогии нет, вот и служит человек в погонах кому угодно, а закон обслуживать они как в СССР не умели, так и сейчас бессильны. 

Правду изрубить не возможно. Власть всегда воюет не с правдой, а с людьми пытающимися нести правду, но эти люди пытаются через правду сохранить себя. Вот этого власть в свое слабости понять не может. Сильная власть - не боится правды, а через правду укрепляется, слабая власть боится любое слово правды о себе, слабая власть боится обновлятся и очищаться. А то ведь начнет очищатся, а потом под слоем лжи вдруг обнаружится, что никакой власти нет, есть лишь напуганное и жадное существо боящееся за себя лично. 

О, это да, но тем не менее мы должны говорить на том языке, который людям ближе, понятнее. А то ведь получится как в России в 19 веке, когда знать говорила на французском, а все население на русском и в конце концов не могли друг друга понять. Если я культурный, то я культурный, прежде всего, в том, что я понимаю, как мне сказать, что бы тот кто меня слушает услышал меня. 

Дело ведь не в ненависти, а в том, что бы научится воспринимать и плохое и хороше о том, что прошло, а не малевать все либо черными, либо розовыми тонами. Не бывает и не будет никогда эпохи только хорошей или только плохой.