В Екатеринбурге разразился конфликт между бизнесом и силовиками. Предприниматели обратились в Генпрокуратуру и СК с жалобой на полицию. Глава МВД Рашид Нургалиев отправился туда с проверкой
Глава МВД Рашид Нургалиев в понедельник, 23 апреля, внезапно нагрянул в Свердловскую область и на закрытом совещании, как говорят, устроил разнос местным полицейским. За что? В екатеринбургской полиции в последнее время никого не пытали, не убивали задержанных в «обезьяннике». Повод для «разбора полетов» оказался не менее серьезный. Местные бизнесмены завалили следователей и прокуроров жалобами на коррупцию и произвол полиции. Нургалиев, как говорят полицейские, потребовал разобраться и посоветовал подчиненным вести себя скромнее. «Известия» побывали в Екатеринбурге и выяснили причины конфликта.
16 марта, авторынок «Академический», окраина Екатеринбурга.
— Стоять! Работает ОМОН! Никому не выезжать!
За пару минут полицейский спецназ уложил охрану и занял всю территорию авторынка Оперативники собрали в администрации финансово-хозяйственную документацию и стали требовать вызвать учредителей, вспоминает директор рынка Максим Полковников. Потом полицейские прошлись по рядам и выбрали машины: «Вот эту бери, вон ту, вот эту тоже». Забрали две Toyota Avensis и BMW X5. Сказали, что проверят их на угон.
Полковникову вернули машины только после того, как он пожаловался в прокуратуру. Сейчас материалы прокурорской проверки переданы в Следственный комитет — решается вопрос о возбуждении уголовного дела.
— У нас такого беспредела не было даже в 1990-е годы, — возмущается директор рынка. — Это чистой воды бандитизм!
За последний год в Екатеринбурге произошла целая серия «полицейских налетов» на рынки, автосалоны и магазины, жалуются екатеринбургские бизнесмены в разговоре с «Известиями». Самый крупный скандал связан с проверкой рынка «Таганский ряд» в сентябре 2011 года. Полицейские изъяли 120 млн рублей и несколько тонн товаров по предлогом борьбы с контрабандой. А в апреле сотрудники ФСБ задержали Сергея Рахманова, начальника отдела по разработке организованных преступных групп местного главка МВД. По данным чекистов, за взятку в 14 млн рублей полицейский обещал вернуть коммерсантам с «Таганского ряда» их изъятый товар.
«Смотрящий» от полиции
— За всеми этими налетами стоит «московская команда» руководителя местного главка МВД Михаила Бородина, — считает руководитель фонда «Город без наркотиков» Евгений Ройзман.
Бородин, бывший начальник УВД Юго-Восточного округа Москвы, возглавил областную полицию в 2011 году. Вскоре поменялось руководство и городской полиции. Начальником УМВД по Екатеринбургу стал Игорь Трифонов, бывший начальник милиции общественной безопасности по Юго-Восточному округу Москвы. Его замом — Александр Федюнин, бывший начальник ОВД «Выхино». Начальником уголовного розыска Екатеринбурга был назначен Владимир Бабакин, бывший сотрудник департамента собственной безопасности МВД РФ, его замом стал старший лейтенант Константин Вялых. Да и начальник отдела угрозыска городского УМВД Игорь Сколов — это он, кстати, руководил операцией на авторынке «Академический» — тоже в прошлом году перебрался из столицы.
— Всего вместе с Бородиным из Москвы приехали около 70 человек. И всех их он назначил на ключевые посты, — говорит Ройзман. — Теперь москвичи пытаются подмять под себя весь бизнес: рынки, банки, карьеры и автосалоны.
Ройзман возглавляет фонд, который уже много лет вместе с полицией и ФСКН борется с наркоторговцами. У него огромная сеть агентов и осведомителей, связи в силовых структурах, а блог в интернете входит в 50 самых читаемых в России. Для местного бизнеса он уважаемый человек, хотя силовики время от времени пытаются представить его «авторитетом», вспоминая старую судимость и связь с «уралмашевскими».
Глава фонда показывает десяток заявлений в областную прокуратуру от бизнесменов с жалобами на полицию. Судя по этим жалобам, коррупционная схема везде одинакова: оперативники под прикрытием спецназа заходят на рынок или в магазин, изымают товар, деньги и документы. Затем вызывают владельцев рынка и предлагают вернуть изъятое. Не за просто так, конечно, а за долю малую.
С крупными клиентами работает «решальщик» по имени Моня. У него два паспорта, а живет посредник, по оперативной информации, по соседству с начальником екатеринбургского угрозыска Владимиром Бабакиным. «Решальщик» приходит на крупные предприятия и делает предложение, от которого трудно отказаться: проблемы с бизнесом или ежемесячная плата за «крышу» — счет идет на миллионы рублей.
На рынках от полицейских работают «смотрящие», собирающие с торговцев ежемесячную «абонентскую плату за обслуживание» от 15 тыс. до 30 тыс. рублей. Ройзман показывает на компьютере видео, на котором молодой смуглый мужчина в спортивном костюме рассказывает, как некий полковник полиции по имени Стас велел ему ежемесячно собирать с продавцов рынка по 25 тыс. рублей.
— Это Толик — таджик. Сидел за наркоторговлю. В январе этого года менты его «смотрящим» за рынком на пересечении улицы Баумана и Ильича поставили. Но наши ребята его там выловили и допросили, — рассказывает Ройзман.
После «допроса» Толик ударился в бега. Так же бесследно исчез и Стас. В ГУВД заявили, что полковника c таким именем у них нет. Правда, как выяснили «Известия», «неуловимый полковник» успел засветиться еще на нескольких рынках.
— У нас на рынке этот «полковник Стас» назначил «смотрящим» Колю — узбека, который в палатке фруктами торговал, и потребовал, чтобы каждый торговец по 15 тыс. рублей в месяц ему отдавал, — подтверждает «Известиям» предприниматель Василий Пашкин
с рынка на улице Санаторной.
Пашкин показывает свою территорию: семь грубо сваренных железных прилавков, покрашенных в синий цвет с надписью «для пенсионеров». Раньше здесь располагался стихийный рынок, на котором бабушки торговали семечками, соленьями-вареньями и овощами со своих дачных участков. Теперь — вроде как цивилизованная торговля.
— В 2009 году администрация района предложила мне облагородить эту территорию, а взамен отдать им пять торговых мест, — рассказывает Пашкин. — За эти места продавцы и платили мне 4 тыс. рублей в месяц, а бабушки стояли за прилавками бесплатно. Да и не принято у нас в Екатеринбурге со старушек дань требовать: ни в 1990-е, ни в 2000-е такого не было. Не по понятиям это как-то...
Афганцы дань не платят
Олег Майбуров, директор рынка на пересечении улиц Татищева и Заводская, о 1990-х вспоминает неохотно. Мы сидим в его офисе — тесном металлическом вагончике, расположенном позади «базара», и он рассказывает, что свой бизнес начинал в 1995 году здесь же с ларька, в котором торговала жена.
— Тогда никакого рынка не было, а только моя палатка. А времена, сами знаете, тогда какие были. Однажды привожу жене товар, а у киоска стоят два жулика, говорят, что от «синих» (местная ОПГ), и требуют дань, а супруга, бедняжка, прижалась к стене и не знает, что им ответить, — рассказывает он. — Ну, я коробки положил, отвел их за угол и поговорил с ними по душам. Больше не приезжали.
— Так просто отстали? — удивляюсь я.
— Ну как вам объяснить. Я же воин-афганец, возглавляю ветеранскую организацию, — Майбуров недовольно хмурит брови. — В общем, уважали нас тогда.
По словам Майбурова, оперативники наведывались на рынок и раньше, но отношения с ними были конструктивные.
— Я не скрою: давал милиционерам денег на чествование ветеранов, компьютеры им давал. У них же с финансированием туго было, но никто никогда постоянной платы за «крышу» не требовал, — вспоминает Майбуров.
В марте его рынок также попал под полицейскую зачистку. Оперативники изъяли у продавцов товар и четыре дня блокировали работу рынка — запрещали торговлю.
— Я им говорю: ребята, что вы делаете? У нас же здесь продукты, товар скоропортящийся. Все документы есть, сходите в администрацию городскую. А они в ответ: «Администрацию мы на х... вертели». Только когда в прокуратуру обратился, приезжать перестали.
Майбуров считает, что полицейские ждали, когда он сам предложит платить оброк за спокойствие.
— Денег они никаких не требовали, но ведь для чего-то всё это им было нужно, — говорит Майбуров.
Нарушили статус-кво
Екатеринбург всегда считался бандитской столицей Урала. В 1990-е здесь почти каждую неделю звучали автоматные очереди или взлетал на воздух очередной взорванный «шестисотый». «Гангстерские войны» между «синими», «центровыми», ОПГ «Уралмаш» остались в прошлом, но менталитет большинства местных бизнесменов и силовиков остался оттуда, из суровых 1990-х.
— Не для того они «воевали» и рисковали тогда, чтобы сейчас вот так просто отдать свой бизнес «москвичам», — рассказывает «Известиям» Александр, оперативник Екатеринбургского ГУВД. Он согласился на встречу после долгих уговоров. В кафе Саша сразу же попросил отключить мобильный телефон и вытащить из него батарейки.
— Руководство перепугано шумихой в прессе, ищут, откуда идет утечка, поэтому наверняка могут слушать, — объясняет оперативник.
По мнению Александра, приехавшие из столицы полицейские нарушили хрупкое равновесие в Екатеринбурге, сложившееся еще в нулевые годы.
— Местные полицейские тоже не бессребреники, — говорит Александр. — Например, сауны с проститутками у нас всегда были под ОМОНом. Но с бизнесменами отношения строились по другим принципам. Допустим, я расследовал похищение сына у владельца кафе, вернул его живым и здоровым. После чего я в этом кафе мог бесплатно обедать и праздники отмечать. На каком–то преступлении можно было и разовую «премию» срубить или попросить спонсорскую помощь. Но не так, чтобы постоянно бизнесменов «доить».
По словам Александра, «москвичи» находятся в привилегированном статусе. И выходных у них больше, и кабинеты отдельные. При этом опыта оперативной работы и своей агентурной сети ни у кого из них нет.
Закрытая тема
Между тем в екатеринбургской полиции сейчас всеми силами пытаются затушить разгоревшийся скандал. Сразу после первых сообщений о поборах в главке была создана специальная комиссия, которую возглавил начальник управления по работе с личным составом Виктор Бердников.
О конфликтной ситуации мог бы рассказать глава местной полиции Михаил Бородин, но его помощники, узнав о теме разговора, в интервью «Известиям» отказали. Да и заместитель Бородина Виктор Бердников в телефонном разговоре был немногословен.
— Против нас развязал информационную войну один местный общественник с темным прошлым. Ему нравится публичность, и он ее получает. Но пока те факты, о которых он заявляет, не подтверждаются, — заявил «Известиям» Бердников.
Судя по всему, он имел в виду Ройзмана. В полиции заявляют, что «конструктивного взаимодействия» с теми, кто и начал предавать огласке «вопиющие факты», комиссии достичь пока не удалось. А Евгений Ройзман на прямой контакт с Виктором Бердниковым не пошел, несмотря на поступившее приглашение встретиться и побеседовать «с конкретными фактами в руках».
Михаил Павлов, руководитель Межрегионального профсоюза сотрудников ОВД, считает, что трудоустройство земляков — это сложившаяся практика.
— К сожалению, каждый новый начальник за собой тащит своих людей. Это и плохо, и хорошо: руководитель ставит на должности тех, в ком он уверен и с кем ему будет комфортно работать — объясняет Павлов.
«Палки помогают крышевать бизнес»
Екатеринбургский предприниматель Лев Опатовский не склонен демонизировать московских полицейских и идеализировать местных силовиков. Под полицейский пресс бизнесмен попал еще в 2008 году, задолго до прихода в регион «москвичей».
Опатовский специализировался на пошиве формы для милиционеров и военных и возглавлял областной союз предприятий легкой промышленности. Для своего производства бизнесмен 10 лет строил в самом центре города здание, а потерял всё за «пару месяцев».
В начале рейдеры подделали документы о слиянии фирмы Опатовского с другой, зарегистрированной на судимого, а потом захватили здание. По мнению бизнесмена, за захватом здания стояли полицейские.
— Сейчас некоторые из них уже уволились, другие переехали работать в Москву, — рассказывает Опатовский. — Я думал, что после смены руководителя свердловской полиции мое дело сдвинется с мертвой точки. Но достучаться до нового начальства невозможно!
Подполковник милиции Татьяна Домрачева из Екатеринбурга прославилась своими видеоразоблачениями — в интернете она выложила ролики о финансовых махинациях и фальсификациях служебной отчетности в областном ГУВД. За это ее уволили с работы.
— Я думала, что новое начальство меня восстановит на службе. Начальник ГУСБ МВД Юрий Драгунцов, c которым я встречалась, мне это обещал, — рассказывает Татьяна. — Однако честные сотрудники системе не нужны. Тех, кого я разоблачала, ушли на повышение в Москву. А кадрами заведует все тот же Бердников, который меня и выжил.
Домрачева считает, что положение дел в местной полиции за последний год только ухудшилось. Она всю жизнь работала с цифрами и теперь оперирует данными статистики.
— Вот посмотрите: в 2009 году милиционеры вынесли более 2 тыс. незаконных отказов в возбуждении уголовных дел, а в прошлом году их было уже почти 4 тыс., — поясняет Домрачева. — Это значит, что полиция совсем перестала работать. Сотрудники МВД просто делают «палки», разбивая уголовные дела на несколько эпизодов и списывая преступления на мертвецов.
Зато, иронично замечает подполковник Домрачева, у них, видимо, появилось свободное время для крышевания бизнеса.
5
