Попытка похищения Хизриевой подчеркнула проблему безопасности беглянок из Чечни
НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".
Девушки, сбежавшие из Чечни от семейного насилия, рискуют столкнуться с преследованием родственников в любом регионе России или в соседних странах даже спустя месяцы после побега, прокомментировали правозащитники попытку похищения Айшат Хизриевой в Сибири.
Как писал "Кавказский узел", сбежавшую из Чечни 21-летнюю Айшат Хизриеву остановили в Новосибирске неизвестные, представившиеся сотрудниками полиции, и попытались увезти. Они заявили, что девушка обвиняется в краже, однако в полиции не подтвердили информацию о ее розыске. Айшат написала заявление о преследовании и попытке похищения, указав, что в семье ей угрожает опасность. 23 апреля стало известно, что Айшат Хизриева покинула страну, узнав, что официально ее не разыскивают силовики и заявление о краже против нее не подавали.
Айшат Хизриева рассказала, что добровольно ушла из семьи, но отец связывался с ней после побега. "Он мне угрожает, что куда бы я ни пошла, он меня найдёт. Этот человек сидел за убийство", - сказала она. Правозащитники сообщили, что Хизриева бежала из Чечни из-за домашнего насилия, но не обращалась с просьбой об эвакуации.
Ситуацию с Айшат Хизриевой прокомментировали "Кавказскому узлу" президент Центра исследования глобальных вопросов современности и региональных проблем "Кавказ. Мир. Развитие" Саида Сиражудинова, координатор движения "Марем" Екатерина Нерозникова, адвокат Марина Агальцова и чеченский блогер Тумсо Абдурахманов (включен в реестр иностранных агентов).
В подобных ситуациях нужно сразу оценивать степень угрозы, указала Саида Сиражудинова. "Кому-то хватает просто поговорить с родителями и решить проблему. Это лучший и самый надёжный вариант. Но, если есть угроза, то кто-то может просто переехать в другой регион. Но если человек понимает, что преследование будет продолжаться, лучше обратиться к правозащитникам, чтобы избежать рисков", - сказала она.
По ее словам, полиция может помочь, но если это полиция другого региона. Также играет роль "человеческий фактор" – посочувствует ли девушке конкретный сотрудник. "Никогда нельзя предугадать точно. Второй момент. Нельзя же спрятаться в полиции надолго. И здесь встаёт вопрос, что делать дальше", - указала Сиражудинова.
По её мнению, огласка и публикации зачастую помогают. "И служат гарантией защиты. Но это средство для крайней ситуации. Сделать публикацию, если нет угроз, может означать их привлечение. На все эти вопросы нет однозначного ответа. Ситуации бывают разные. Самое лучшее - это поиск поддержки внутри семьи. Диалог, взаимоуважение и взаимопонимание. Если это не сработает, то многое зависит от целого комплекса обстоятельств. А они разные", - резюмировала Сиражудинова.
Екатерина Нерозникова также считает, что ситуации бывают различные, и единого рецепта нет. "Никакой одной схемы для каждого человека нет. Но огласке можно предавать, когда очевидно, что ситуация уже очень угрожает жизни. Но и это на самом деле сложно понять. Например, Айшат Хизриева: она сама попросила предать огласке то, что с ней происходит. Поэтому, собственно, мы публиковали информацию об угрозах, потому что это было её решение. Важно, что это желание самой девушки. А если она скажет, что не надо ничего публиковать, мы ничего не будем публиковать, даже если понимаем, что это могло бы помочь", - сказала Нерозникова.
Так как стандартных ситуаций не бывает, то меры защиты предпринимаются по-разному и в разные периоды, указала она. "Когда девушки уходят из дома, есть всегда риск, что их будут преследовать родственники, что может произойти похищение. Но оно может произойти не сразу, а через какое-то время - как, например, было в случае с Седой Сулеймановой. Она на момент того, как её задержали, уже, насколько я помню, больше года как не жила в Чечне. Так что этот риск есть у всех, и он длительный", - сказала правозащитница.
Если ты беглянка, и в поиске тебя заинтересованы твои родственники, то любой регион будет для тебя опасен
Она подчеркнула, что никакие регионы России не являются наименее опасными для беглянок. "Они все опасные. Потому что если ты беглянка, и в поиске тебя заинтересованы твои родственники, то любой регион будет для тебя опасен. Седа в Питере жила: казалось бы, пойди, пожалуйста, к ментам, попроси у них помощи. Но, тем не менее, эти же менты её передали чеченским правоохранителям. А учитывая, что произошло с Айшат Баймурадовой (уроженка Чечни Айшат Баймурадова сбежала от домашнего насилия и была убита в Ереване. – Прим. "Кавказского узла") или Алией Оздамировой (Алия Оздамирова, сбежавшая из Чечни из-за угроз родных, была вывезена из Грузии и спустя три дня похоронена в Чечне. – Прим. "Кавказского узла"), можно уже смело утверждать, что такое насилие относительно женщин, которые убегают из дома, оно ещё и трансграничное", - рассказала Нерозникова.
По её мнению, для беглянок нет безопасных регионов России и даже безопасных ближайших стран. «К сожалению, тут все зависит от того, насколько семье по какой-то причине важно добиться того, чтобы эта девушка или женщина больше не создавала им проблем», - отметила правозащитница.
В качестве срочной меры можно обратиться в правозащитную организацию, которая помогает в таких случаях, отметила она. «К нам, например, можно обратиться. Можно обратиться к юристам, которые занимаются делами, связанными с полицейским насилием. В такой ситуации, можно попробовать обратиться в "Комитет против пыток" (организация включена в реестр иноагентов), в СК SOS (организация включена в реестр иноагентов). В общем, лучше обратиться к тем, кто поможет составить какой-то план действий. Я не рекомендовала бы никому самостоятельно пытаться выбраться из такой ситуации»? - подытожила Нерозникова.
Может помочь также наличие адвоката и упорство в отстаивании своих прав, заметила в свою очередь адвокат Марина Агальцова.
«У меня было дело, где мы требовали госзащиту, потому что угрожал побоями бывший сожитель моей доверительницы, и там приходилось прямо заставлять систему работать, то есть писать огромное количество жалоб. И в том числе в вышестоящие инстанции. Не знаю, насколько мой опыт вообще применим здесь, но нам удалось заставить систему работать. Для девушки выдали защиту, выдали охранника. Дело происходило в Дагестане», - сказала она.
В Чечне фамилия Хизриев не связана с каким-то определённым тейпом, сообщил блогер Тумсо Абдурахманов.
Версию о том, что родные Хизриевой связаны с властями Чечни, высказал ранее читатель "Кавказского узла". Он пояснил, что "фамилия Хизриев в республике достаточно известная". Однако правозащитники усомнились в том, что люди, нашедшие Айшат, действительно были силовиками. "Вряд ли это были поиски по линии правоохранительных органов, скорее, это были какие-то частные лица, которые пытались помочь ее семье", - сказала, в частности, пресс-секретарь Кризисной группы СК SOS (организация включена в реестр иноагентов) Александра Мирошникова.
«Это могут быть однофамильцы из разных тейпов. Сложно сказать, насколько она распространена в целом, но имя Хизри, от которого происходит фамилия, встречается нередко», - пояснил он.
Напомним, семейное насилие в Дагестане, Ингушетии и Чечне охватывает женщин разных возрастов, но бежать от него в основном стараются молодые девушки до 30 лет, указали правозащитники команды Ad Rem в своем докладе. Проблема эвакуации жертв домашнего насилия наиболее остра в этих регионах, поскольку там власти и силовики принимают сторону семейных агрессоров.
В июне 2023 года BBC выпустила документальный фильм "Когда я сбежала" о девушках с Северного Кавказа, которые смогли вырваться из-под контроля семей. Для жертв домашнего насилия побег зачастую становится единственной возможностью сохранить жизнь, подчеркнули правозащитники.