Рассказы Рафика Таги

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

В последних публикациях речь шла о литературном альманахе «Южный Кавказ», о его первом выпуске. Второй выпуск альманаха, вышедшего в 2012 году, открывает трагичное вступление.

Дело в том, что в период подготовки второго выпуска, вышедшего в 2012 году, в Баку был убит известный писатель, один из авторов первого выпуска альманаха, Рафик Таги. Этому событию посвящена вступительная колонка, где совет редакции выражает свои соболезнования «всем, кто высоко ценил творчество Таги».

Рафик Таги — азербайджанский писатель и публицист, врач по первой профессии. Работал сотрудником Центра скорой помощи в Баку, спасал жизни людей. Параллельно много писал, печатался в авторитетных изданиях, выходили книги. В советское время состоял в азербайджанском Союзе писателей, но в 2004 году был исключен оттуда за критику творчества Самеда Вургуна, первого Народного поэта Аз.ССР, лауреата сталинских премий и пр.

В 2006 года опубликовал в местной газете эссе «Европа и мы», как реакцию на «карикатурный скандал» в мире. Публикация имела большой общественный резонанс в Азербайджане, а также в соседнем Иране. Рафик Таги и главный редактор газеты были арестованы по обвинению в разжигании религиозной розни. В это же время в Тегеране начались акции протеста с требованием наказать автора, ну или просто убить. Иранские аятоллы выпустили фетву о смерти Рафика Таги. Один из них даже предложил свой дом в награду тому, кто убьет писателя. Смерти писателя требовали и в Баку, открыто, на митингах, призывая отрубить голову.

В итоге Таги был арестован осужден на 3 года, отсидел в тюрьме 8 месяцев и был помилован президентом Ильхамом Алиевым. Это тюремное заключение по факту спасло жизнь писателю в тот момент.

Но в конце 2011 года, недалеко от дома писателя, неизвестный ударил его несколько раз ножом. Через неделю Рафик Таги скончался.

Родственники Таги и журналисты возлагают ответственность за смерть публициста на власти Азербайджана

В больнице он успел дать короткое интервью, где предположил, что поводом для нападения могла стать его последняя статья «Иран и неизбежность глобализации». В статье он критиковал государственное устройство в Иране, выступая против теократии.

Вот цитата из этой статьи: «Земной шар - однокомнатная квартира человечества. Все люди мира - земляне». То, что из-за таких слов религиозные фанатики убивают людей, вызывает самые неприятные мысли.

===

Теперь к рассказам Таги из альманаха «Южный Кавказ». Там опубликовано два коротких рассказа, полных выдумки, бурной фантазии, юмора и... критики советского строя.

Первый, «Опера-балет», рассказывает о неком Ханифе, очевидно председателя сельсовета, которого автор рассказа презирает, и есть за что — Ханифа когда-то донес на его деда, якобы тот спрятал горсть зерна в арбе. Деда посадили в советскую тюрьму, где тот умер. Ханифа носит сталинские усы и любит «оперу-балет», не отличая оперу от балета. Самое интересное в этом рассказе — форма подачи. Автор сразу пишет, что хочет написать об этом отвратительном человеке намеренно слабый рассказ, плохо написанный.

«Горе мне, если рассказ получится сильным: ведь я собственноручно отведу убийце деда место в вечности. Ханифе понравилось бы жить в вечности даже отрицательным персонажем».

Ханифы давно нет в живых, но автор вытаскивает его из небытия, чтобы описать каким мерзким человеком он был, и чтобы убить его повторно, филологически. Вполне себе пост-модернистский прием.

Второй рассказ - «Ошибки Микеланджело». Здесь автор от души издевается над главным принципом советского искусства — соцреализмом. По сюжету главный герой, имеющий критический взгляд на все, ищет во всем изъяны — от пропорций зданий до классических произведений искусства. И вот, в музее, рассматривая скульптуру работы Микеланджело, вдруг он находит скандальный изъян. Тут лучше процитировать:

– Ого, я нашел главную ошибку Микеланджело! – Игорь радостно закричал, и все повернулись к нему если не телом, то головами.
– У мужчин левое яичко ниже правого! А у него наоборот!
– Художественное произведение – это тебе не наглядное пособие по анатомии, – толкнул его локтем друг. ¬– Замолчи. Т-с-с-с.
– Ладно, но почему тогда все остальные части тела изображены верно? Почему только яички в художественном произведении должны быть искажены?!
– Здесь функция яичек состоит в том, чтобы показать, что это мужчина. Вот и всё.
– Но разве не мог он их изобразить правильно?
– И что теперь? Казнить Микеланджело? Или уголовное дело на него завести?
– Реалистическое произведение должно соответствовать реальности. Микеланджело в этом произведении – пятно на реализме.
– Вот тебе раз! Ну ты даешь.
– Ну почему правое яичко ниже, когда ниже должно быть левое? Объясни мне! Или и это имеет художественное значение?
– Это могло быть случайной ошибкой.
– А я о чем с самого начала твержу? Я обнаружил ошибку пятисотлетней давности!
– Успокойся, мы включим твою находку в книгу рекордов Гиннеса. А теперь пошли.

Это прекрасно. Об абсурдизме советского соцреализма и цензуре в сфере культуры написано много, но когда для описания этого используется сам принцип гипертрофированного абсурда — это звучит убедительнее всего. И разве этот сюжет сильно далек от правды? В том-то и дело, что нет.

«Неверное отображение яичек в мужской фигуре Микеланджело способно дать толчок свержению социализма. Эта скульптура вредна стране», заключает главный герой в конце этого замечательного рассказа.