Версия следствия о махинациях с деньгами для участников СВО вызвала недоумение мусульман Таганрога
НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".
Члены мусульманской общины Таганрога сомневаются, что один из лидеров местных мусульман Алипаша Абдулгалимов причастен к махинациям с гуманитарной помощью для участвующих в СВО бойцов. По их словам, он, занимаясь строительным бизнесом, много делал для города и мусульман. Количество мусульман в городе увеличивается с каждым годом, но мечетей не хватает.
Как писал «Кавказский узел», Военно-следственный отдел по Ростовскому гарнизону возбудил уголовное дело в отношении организованной группы по подозрению в неправомерном обороте средств платежей (статья 187 УК РФ). Одним из фигурантов стал лидер дагестанского землячества Таганрога. По версии следствия, через документы проводили гуманитарную помощь для бойцов СВО на сумму более 250 млн рублей. При этом фактически деньги военнослужащим в зону спецоперации не передавались.
Члены мусульманской общины усомнились в версии следствия
Представитель мусульманской общины Таганрога Джамал рассказал корреспонденту «Кавказского узла», что лично принимал участие в покупке необходимых вещей для бойцов фронта.
«Я не знаю, сколько было собрано денег и на что потрачено, но я лично был добровольцем, когда нужно было собрать в коробки и загружать в машину вещи для бойцов. Там были влажные салфетки, зубные пасты и щетки, все необходимое для бритья, газовые баллончики, свечи и много чего еще», - сказал он.
По его словам, он тоже постоянно жертвовал деньги для нужд бойцов на фронте.
«Не было и нет сомнения, что все шло на фронт. Да, видели новости, много слухов ходят, но я не хочу в это верить. В общине все удивлены, но не могу сказать, что верят в то, что говорят по новостям», - отметил он.
Он многое сделал не только для местных мусульман, но и для города
Абдулгалимов Алипаша занимался строительным бизнесом в регионе и был уважаемым человеком, рассказал другой член местной мусульманской общины Арслан.
«Он долгие годы занимался строительством. Его многие знали и уважали как делового человека. Он многое сделал не только для местных мусульман, но и для города. Очень много спортивных турниров финансировал и постоянно помогал спортсменам. То, что сейчас происходит, явно какая-то ошибка», - сказал он корреспонденту «Кавказского узла».
По его словам, после обысков община продолжает жить обычной жизнью.
«Их арестовали, они в СИЗО. Неприятная история, но община продолжает жить. Вчера у нас было собрание, просто обсуждали и делились мнениями об этом. Все уверены, что это недоразумение», - отметил он.
Мусульмане Таганрога сталкиваются с нехваткой инфраструктуры для верующих
Местный историк, пожелавший остаться неназванным, рассказал, что количество мусульман города увеличивается с каждым годом, а инфраструктуры для религиозной жизни нет.
«Численность мусульманского населения Таганрога изменилась кардинально. В середине 19-го века здесь проживало всего 56 мусульман, а к 1900 году их число выросло до 458 человек. Тем не менее, даже при столь небольшом количестве верующих община смогла выкупить пристройку на Банковской площади и перестроить его в молитвенный дом. В советские годы здание утратило религиозную функцию, в 1969 году было перестроено до неузнаваемости и стало жилым», - рассказал исследователь «Кавказскому узлу».
Он обратил особое внимание на современные показатели численности мусульман в городе и ситуацию с инфраструктурой для верующих.
Полноценной соборной мечети в Таганроге до сих пор нет. Основным местом собраний и молитв для многотысячной общины на протяжении долгого времени служит лишь одна действующая мечеть-молельный дом
«Сегодня динамика демографии показывает совершенно иной уровень присутствия ислама в регионе. Если в начале прошлого века мусульмане исчислялись сотнями, то в настоящее время, по официальным данным, в Таганроге проживает около 25-30 тысяч мусульман. По моим же наблюдениям, при общем населении города порядка 240–250 тысяч человек мусульмане формируют уже более 10–12% жителей города. При этом полноценной соборной мечети в Таганроге до сих пор нет. Основным местом собраний и молитв для многотысячной общины на протяжении долгого времени служит лишь одна действующая мечеть-молельный дом на Ореховой улице. Кроме того, в городе действуют отдельные молельные комнаты, которые организуют этнические общины и предприниматели. Очевидная нехватка вместительных духовных центров при таком росте населения приводит к тому, что на пятничные намазы и праздники единственная молельная комната и прилегающая территория оказываются переполненными», - резюмировал историк.
Юристы поспорили о квалификации обвинения
Юрист Патимат Абдулаева считает неправильным применение 187-й статьи.
«По-моему, по части 2-й 187-й статьи не совсем правильная квалификация. Для возбуждения дела нужны заявления от пострадавших и указан ущерб. Мне не кажется, что они есть. Диспозиция этой 187-й статьи неправомерный оборот. Это означает, что должен быть еще какой-то нормативный акт, который человек нарушил. То есть по теории способ изложения нормы называется бланкетный, то есть отсылочный. Должна быть отсылка, какой закон, какую статью он нарушил. Этот момент тоже интересный, но он отсутствует», - сказала она корреспонденту «Кавказского узла».
В последнее время, по ее словам, эту статью стали чаще применять.
«Я с этой статьей стала чаще сталкиваться. Ее где нужно и не нужно запихивают. Много молодежи сейчас привлекают именно по этой статье. Вот у меня там несколько дел. Кто вовремя пришел, например, до возбуждения уголовного дела, только их позвали для дачи объяснений, и мы дали консультацию, подсказали, как правильно выстраиваться, возбуждать дела не смогли. А вот есть пару дел, где с участием назначенных адвокатов подогнали показания людей так, что, в общем, уже ничего не поделаешь», - отметила она.
Юрист Никита Таранищенко, наоборот, отмечает, что квалификация следствия соответствует официальной версии произошедшего.
«Следствие под неправомерным оборотом средств платежей понимает так называемый интеллектуальный подлог, когда через систему электронных платежей отправляются реальные документы, но с заведомо ложным назначением платежа - например, под видом благотворительности для нужд СВО без фактической передачи денег. Часть 2 данной статьи применяется из-за квалифицирующего признака "совершение организованной группой", что относится к категории тяжких преступлений и влечет до семи лет лишения свободы. Вменение 187-й статьи выгодно следствию еще и тем, что она формально не считается чисто экономической, а значит, позволяет суду легко отправлять обвиняемых в СИЗО», - рассказал он корреспонденту «Кавказского узла».
Он также пояснил, какие дополнительные статьи Уголовного кодекса РФ традиционно вменяются при расследовании схем с фиктивными пожертвованиями.
«Параллельно в подобных делах следствие обычно вменяет статью 199 УК РФ за уклонение от уплаты налогов путем искусственного завышения расходов. Если же подтвердится версия о сборе средств с прихожан молельного дома под видом гуманитарной помощи с их последующим присвоением, действия фигурантов будут дополнительно квалифицированы как мошенничество по статье 159 УК РФ. Кроме того, при наличии фактов обналичивания или легализации выведенных 250 миллионов рублей правоохранительные органы обычно привлекают статьи 172 и 174.1 УК РФ, регулирующие ответственность за незаконную банковскую деятельность и отмывание денег", - указал он.