Аналитики оценили потенциал Транскаспийской волоконно-оптической линии

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Проект «Сумгаит – Актау» формирует цифровую составляющую Срединного коридора, а Казахстан и Азербайджан пытаются занять посредническую позицию в цифровой сфере, которую они уже формируют в грузовых перевозках и энергетике. Вместе с тем о коммерческом потенциале проекта говорить преждевременно, указали бакинские эксперты. Подводная линия нацелена на международный трафик и развитие центров обработки данных, считают российские аналитики.

Как писал "Кавказский узел", Транскаспийский коридор с учетом экономических факторов не способен заменить морские пути через Ормузский или Баб-эль-Мандебский проливы, однако на фоне войны в Иране временно возросла его значимость как альтернативного маршрута в Европу, считают российские аналитики.

Азербайджан и Казахстан завершили исторический этап реализации проекта на Каспийском море: прокладка морского участка Транскаспийской волоконно-оптической линии Сумгайыт-Актау завершена. Линия протяженностью около 380 километров стала первой волоконно-оптической инфраструктурой, проложенной по дну Каспийского моря. Система пропускной способностью более 400 Тбит/с реализуется компаниями AzerTelecom International и Kazakhtelecom через совместное предприятие CaspiLink B.V. Проект полностью финансируется за счет собственных средств операторов, без привлечения средств из государственного бюджета, сообщило JamNews.

Бакинские аналитики ценили значение транскаспийской кабельной линии

Казахстан и Азербайджан завершили наиболее сложную часть строительства Транскаспийской волоконно-оптической линии связи — укладку кабеля по дну Каспийского моря, сказал корреспонденту «Кавказского узла» эксперт Аналитической службы Turan Тапдыг Фархадоглу.

"Подводная магистраль достигла казахстанского побережья, создав первую прямую цифровую связь между Актау и Сумгаитом. Однако, чтобы ввести линию в эксплуатацию, операторам предстоит подключить кабель к береговым станциям, завершить наземную инфраструктуру и провести пусконаладочные испытания. Ввод линии в коммерческую эксплуатацию запланирован на конец 2026 года. Поэтому завершение морского этапа является инженерным, но ещё не коммерческим финишем", — указал он.

По его словам, до тех пор, пока не опубликованы данные о тарифах, резервировании канала, якорных клиентах и соглашениях с операторами в Китае, Центральной Азии, на Южном Кавказе и в Европе, трудно делать выводы о том, станет ли линия крупным евразийским маршрутом или останется главным образом региональным соединением только Казахстана и Азербайджана.

 Казахстан и Азербайджан пытаются занять ту же посредническую позицию в цифровой сфере, которую они уже формируют в грузовых перевозках и энергетике

При этом эксперт отмечает, что значение Транскаспийской линии выходит за пределы телекоммуникационного рынка.

«Большая часть сухопутного интернет-трафика между Китаем и Европой традиционно проходила через Россию. События на Украине, санкционные риски и стремление компаний диверсифицировать критическую инфраструктуру усилили интерес к маршрутам, не зависящим от российской территории. Южные направления через Иран также сталкиваются с санкционными и политическими ограничениями. На этом фоне Казахстан и Азербайджан пытаются занять ту же посредническую позицию в цифровой сфере, которую они уже формируют в грузовых перевозках и энергетике», — продолжил Фархадоглу.

Для Казахстана кабель создаёт дополнительный выход к глобальным сетям и снижает зависимость от северных маршрутов. Для Азербайджана линия усиливает роль страны как западного выхода Центральной Азии. Баку получает возможность объединить каспийский кабель с сетями, идущими через Грузию и Турцию в Европу, а в перспективе — с планируемыми коммуникационными проектами в направлении Чёрного моря.

«Однако географическая альтернатива сама по себе не гарантирует коммерческого успеха. Международные операторы выбирают маршруты по совокупности цены, задержки сигнала, надёжности, прозрачности регулирования и возможности быстро переключить трафик в случае аварии», — продолжил аналитик.

Он указал на то, что проект Транскаспийской линии сталкивается с определёнными вызовами. Заявленная пропускная способность в 400 Тбит/с значительно превышает текущие внутренние потребности Казахстана и Азербайджана, что подчёркивает транзитную направленность проекта, но одновременно создаёт и риск недостаточной загрузки на начальном этапе. Не менее важными будут модернизация наземных сетей Центральной Азии и Южного Кавказа, а также устранение административных барьеров на государственных границах.

Подводные кабели также остаются уязвимой инфраструктурой. Хотя маршрут был выбран с учётом якорных стоянок, районов военных учений и экологических требований, операторам потребуется система резервирования. Без альтернативного канала повреждение линии может временно прервать весь транскаспийский поток.

Проект Сумгаит – Актау формирует фактически цифровую составляющую Срединного коридора, выступая альтернативой санкционному северному пути через Россию и нестабильному южному маршруту через Красное море

«Инженерное решение проекта достигнуто. Однако предстоит решить другие вопросы, связанные с наземной инфраструктурой и коммерческими тарифами. Если наземные сети и коммерческие соглашения будут отставать, то мощный подводный кабель рискует оказаться инфраструктурой, возможности которой останутся невостребованными на многие годы, а экономический эффект проекта будет нивелирован», — сказал Фархадоглу.

Эффективность каспийского кабеля будет зависеть от наземной части

«Проект Сумгаит – Актау формирует фактически цифровую составляющую Срединного коридора, выступая альтернативой санкционному северному пути через Россию и нестабильному южному маршруту через Красное море. Он потенциально устраняет "цифровой тупик" Центральной Азии, обеспечивая региону прямой транзит данных между Китаем и Европой с  очень высокой пропускной способностью свыше 400 Тбит/с и минимальной задержкой», — в свою очередь отметил член Азербайджанского национального общественного комитета по евроинтеграции Тогрул Джуварлы.

Однако, продолжил он, потенциал коридора может упереться в «узкие места».

«Эффективность каспийского кабеля будет зависеть от того, насколько эффективными окажутся его наземные продолжения — магистрали через Грузию и Турцию на западе, а также через Казахстан, Узбекистан и Китай на востоке. Если на определённых участках окажется узкая полоса пропускания или будет использоваться устаревшее оборудование, то может возникнуть "эффект бутылочного горлышка", что отразится на общих объёмах и скорости передачи информации. Кроме того, в регионе пока не сформированы крупные независимые точки обмена интернет-трафиком (IXP, Internet Exchange Point) и дата-центры международного масштаба, что замедляет локальное распределение данных. Так же, как и в международных транспортных коридорах, присутствует регуляторная разрозненность и транзитные барьеры. У разных стран различаются требования к кибербезопасности, трансграничной передаче данных, нормам шифрования и таможенным процедурам для оборудования. От эффективного решения этих вопросов и международной слаженности будет зависеть эффективность Транскаспийского цифрового коридора», — сказал Джуварлы.

Азербайджан, по его словам, обладает ресурсами, чтобы обеспечить наземную составляющую инфраструктуры указанного цифрового коридора.

«Создание дата-центров и прочей инфраструктуры, связанной с интернет-трафиком, требует в первую очередь крупных энергетических мощностей. Азербайджан уже сейчас имеет избыточные мощности генерации (с профицитом 2 ГВт). Страна активно развивает возобновляемые источники энергии и уже к 2030 году планирует довести генерирующие мощности солнечной и ветровой энергии до 8 ГВт. То есть Азербайджан будет готов покрывать не только собственные потребности, но и поставлять электричество в соседние страны и Европу», — сказал Джуварлы.

По его словам, уже сейчас в Азербайджане есть государственные и частные дата-центры, однако их возможности ограничены.

«Но правительство сейчас активно занимается цифровизацией экономики и государственного управления, внедрением ИИ и реализацией всех возможных проектов, усиливающих транзитные возможности страны. В этой связи вполне ожидаемо, что в ближайшее время в Азербайджане будут построены крупные дата-центры с привлечением мировых технологических гигантов. Азербайджан сейчас активно продвигает проекты создания региональных дата-центров, апеллируя именно к наличию у него избыточных генерирующих энергетических мощностей с низкой себестоимостью вырабатываемой электроэнергии», — продолжил Джуварлы.

По его словам, в последние годы Азербайджан также уделяет внимание подготовке квалифицированных специалистов в области ИТ. С другой стороны, на взгляд аналитика, дефицит узкопрофильных специалистов высокого уровня по облачной архитектуре, AI-инфраструктуре и кибербезопасности может быть устранен за счёт привлечения кадров из-за рубежа.

Самым слабым звеном Джуварлы назвал отсутствие международных облачных провайдеров.

«В правительстве преобладает консервативный подход с приоритетом локальных государственных облаков из соображений цифрового суверенитета. Однако задачи масштабной цифровизации требуют создания регуляторных условий для использования технологических возможностей транснациональных IT-гигантов», — далее отметил Джуварлы.

По его словам, потенциально сухопутно-водная трасса из Западной Европы в Китай (Франкфурт – Сумгаит – Актау – Урумчи) физически короче, чем обходные морские пути через Индийский океан, Суэцкий канал или вокруг Африки, и имеет преимущество перед северным маршрутом из-за отсутствия санкционных и вторичных политических рисков, связанных с транзитом через территорию РФ. Кроме того, благодаря дешёвой электроэнергии и наличию свободной экономической зоны вокруг порта Алят со специальным налоговым и таможенным режимом, стоимость создания дата-центров в Азербайджане для транснациональных корпораций может быть ощутимо ниже, чем в Европе или на Ближнем Востоке.

Однако, подчёркивает Джуварлы, чтобы превратить проект Сумгаит – Актау из простого физического канала передачи данных в полноценный цифровой хаб, Азербайджану необходимо принять меры по смягчению облачного законодательства, создать привлекательные условия для BigTech-компаний с помощью льгот в свободной экономической зоне и ускоренно расширять подготовку квалифицированных IT-кадров.

Прокладка Транскаспийской линии для Азербайджана означает диверсификацию цифровых каналов

Старший научный сотрудник Института географии РАН, профессор Алексей Гуня считает, что прокладка Транскаспийской линии для Азербайджана означает диверсификацию цифровых каналов.

Сейчас загрузить полностью этот канал  пока нечем, но он для будущего крайне важен, поскольку он диверсифицирует потоки, которые идут сейчас либо по югу через Ормуз, либо через Россию

«Сейчас загрузить полностью этот канал  пока нечем, но он для будущего крайне важен, поскольку он диверсифицирует потоки, которые идут сейчас либо по югу через Ормуз, либо через Россию. Сейчас у них будет свой поток», - сообщил он корреспонденту «Кавказского узла».

По словам профессора, важная часть проекта — это его геополитическая составляющая.

«Это продолжение меридиональных связей Запад-Восток в обход России. И здесь можно сказать также об усилении «Тюркской оси». Вслед за связью Азербайджана и Казахстана, в проекте потом наверняка появится Туркменистан, Узбекистан, Кыргызстан. Вполне возможно у них будет самостоятельная ветка. Так что в целом это продолжение политики Азербайджана, который хочет выступить таким связующим игроком в регионе на ближайшую перспективу», - пояснил Гуня.

Член Совета Адама Смита, политолог Сергей Бойко заявил, что магистраль - это начало реализации масштабного проекта по цифровому Шелковому пути между Китаем и Европой.

«Понятно, что предстоит еще много работы и вложений, чтобы его реализовать, но цифровая линия вне России и Ирана - это не только вклад в цифровой суверенитет конкретно Азербайджана и Казахстана. Это еще и дополнительная цифровая линия глобальных коммуникаций, которые оказались под ударом из конфликта в Персидском заливе и <военных действий на Украине>. В целом несмотря на свою амбициозность проект выполним, так как от него выигрывают все участники», - рассказал он.

Научный сотрудник Каспийского института стратегических исследований (КИСИ) Александр Караваев сообщил, что Каспийская  волоконно-оптической линии связи (ВОЛС) Среднего коридора, в значительной мере -  результат подписания каспийской Конвенции и не носит откровенно антироссийский или антииранский характер.

Возникает феномен перехода от "геополитической ценности" одного какого-то направления, к ценности наличия многосторонней сети коммуникаций как для нефтегазового, так и для информационного потока

"Отныне трубопроводы и коммуникации в ведении  сторон участников проекта. Возникает феномен перехода от "геополитической ценности" одного какого-то направления, к ценности наличия многосторонней сети коммуникаций как для нефтегазового, так и для информационного потока", - сказал он корреспонденту "Кавказского узла".

По слова исследователя, вдоль каспийской ВОЛС, в среднесрочной перспективе пяти-семи лет будет проложен энергокабель до черноморского побережья, где развивается аналогичный проект энергокабеля с грузинского на румынский берега.

"Магистраль мощностью 400 терабит в секунду предназначена  обеспечить будущий международный трафик, соединяющий, в том числе, региональные ЦОДы в странах Центральной Азии с ЦОДами в Азербайджане и Армении и далее с остальным миром. Понятно, что это не просто отдельно взятая информационно-магистральная инфраструктура региона,  а также важнейший элемент цифровой экономики и политической идеологии "зелёного перехода" в ЕС. То есть, в отношениях Казахстана и ЕС  - это взаимно-положительный фактор, как и поставки казахстанской нефти в Италию и другие страны ЕС", - пояснил Караваев.

Он отметил, что в первую очередь по новому кабелю произойдет соединение с мировыми магистралями интернета.

"Мощность кабеля рассчитана на то, чтобы пропускать международный трафик. Где-то порядка 95% магистрали будет отдана под него. В то время как нынешний региональный трафик между Азербайджаном и Казахстаном займёт не больше 5% в этом кабеле. И эта магистраль важна не только для Южного Кавказа и Центральной Азии для связи с миром, но и для остального мира. Сейчас в условиях когда могут развиваться политические конфликты в тех или иных регионах, необходимо дублирование, возможность переключения сетей», - указал Караваев.

По его мнению, новая магистраль позволит создать новую экономику центров обработки данных по всему Южному Кавказу.

"Большие дата-центры могут объединить в единую сеть для того, чтобы они стали крупными центрами обработки данных для оперативной скоростной связи. Скорее всего, каспийский ВОЛЗ, ещё будет вбирать в себя трафик армянский. Тем более в Армении в рамках сотрудничества с США хотя создать некий аналог Силиконовой долины, поэтому Армения будет давать очень большой трафик. ВОЛС по дну Черного моря из Грузии в Болгарию (Caucasus Cable System) уже в конце 2000-х проложен. Но для Каспийского кабеля планируют ещё одно соединение, до Румынии (энергокабель будет параллельно проложен). И конечно, к этому трафику с двузначными процентами роста, будут подключать новые центры обработки данных», - рассказал Караваев.

Вместе с тем, он полагает, что магистральные коммуникации, как и железнодорожные и автодороги не служат разъединению Южного Кавказа с РФ.

"Это значит, что такие каналы связи не могут быть способом выстраивания каких-то барьеров. Наоборот, комментаторы, обсуждая, например, взаимодействие Среднего коридора и, допустим, МТК «Север — Юг» не говорят, о конкуренции маршрутов, не существует никакой конкуренции маршрутов. Использовать участки каждого из маршрутов, выгодного для стран региона. Тот же Азербайджан, скажем, не будет бить своей левой рукой по правой руке, то есть сделать ставку исключительно на одни маршруты против других маршрутов", - считает Караваев.

Учредитель и директор компании ITcomms Central Asia Александр Лихтман сообщил, что заявленной инфраструктуры кабеля Сумгаит-Актау пока недостаточно для создания полноценного международного маршрута.

«Но это очень хороший первый шаг для Казахстана для обретения независимости информационной, потому что по состоянию на неделю назад до того как этот кабель протащили, почти 80% всего интернет-трафика Казахстан получал из России через российские узлы и все неприятности, которые могли случиться в России, могли точно также транслироваться на Казахстан. Поэтому эта магистраль очень хороша для баланса для баланса для встраивания в Казахстана в мировую цифровую инфраструктуру», - сказал он корреспонденту "Кавказского узла".

Что касается Азербайджана, то на мой взгляд его роль - это опора между Европой и Китаем

Специалист отметил, что как в Казахстане, так и на Южном Кавказе дополнительный кабель придёт не в пустыню, а ляжет уже на готовую инфраструктуру.

«Но нужно чтобы проект действительно стал устойчивым цифровым коридором. Нужна дальнейшая цифровизация. Что касается Азербайджана, то на мой взгляд его роль - это опора между Европой и Китаем, основной кабель сейчас идёт по дну Черного моря», - считает Лихтман.