Жена арестованного уроженца Чечни заявила о фабрикации обвинения

Дело уроженца Чечни Апти Висаева, арестованного по обвинению о пособничестве боевикам, построено на сфабрикованных уликах. Следствие оказывает давление на Висаева, чтобы добиться признательных показаний, сообщила Правозащитному центру "Мемориал"* его жена Аиша Мутаева.

Как писал "Кавказский узел", ФСБ отчиталась о задержании в Ставропольском крае 22 апреля  сторонника запрещенной в России судом террористической организации "Исламское государство", готовившего теракт в Норильске. Задержанный ранее привлекался к уголовной ответственности за терроризм и провел в местах заключения 15 лет, рассказали источники.

Мужчина был задержан после того, как в оборудованном им в подвале одного из домов Норильска тайнике были обнаружены взрывчатые вещества и поражающие элементы. Силовики также нашли в его гаджетах инструкции по изготовлению взрывного устройства и переписку, свидетельствующую о его попытках склонить знакомых к совершению взрыва в парадной колонне военнослужащих во время празднования Дня Победы.

В Правозащитный центр "Мемориал" обратилась супруга 36-летнего уроженца Чечни Апти Висаева Аиша Мутаева. С 2019 года Апти Висаев жил с семьёй в Норильске, где он отбывал большую часть наказания в местной колонии строгого режима за участие в незаконных вооружённых формированиях — был приговорён к 14 годам и 11 месяцам лишения свободы. В феврале 2021 года на работе Апти дали отпуск на два месяца, а 7 апреля он с женой Аишей (по паспорту Билкис) и пятью детьми поехал в Пятигорск, где они планировали остаться для лечения Апти и двоих детей. Перед отъездом он выполнил все требования по надзору, которые суд наложил на него при освобождении из тюрьмы, ему выдали маршрутный лист; в Пятигорске он зарегистрировался в полиции, сообщил сегодня Правозащитный центр "Мемориал".

По словам Аиши, за неделю до поездки сотрудник уголовного розыска Умар вызвал Апти в Норильский отдел полиции и сказал никуда не уезжать, так как ему могут что-то "подкинуть" и его "закроют". Позже в тот же день Висаев перезвонил Умару уточнить, действительно ли ему угрожает реальная опасность и стоит ли отменять запланированную поездку. Тот сказал, что даст ответ после того, посоветуется с руководителем из Красноярска. Умар перезвонил Апти и сказал, что "не стоит портить отпуск, лучше полететь". Также 6 апреля Висаева вызвали в УФСБ по Красноярскому краю, где записали на аудио образец его голоса, не объяснив, для каких целей, говорится в сообщении на сайте центра.

7 апреля в аэропорту Минеральных Вод их встретили полицейский и двое мужчин в гражданской одежде. Они повезли семью в отдел. Там Апти расспросили о его круге общения и отпустили. Висаев с семьёй поехал в Пятигорск. В съёмной квартире его ждали сестра и мать, которые приехали их навестить из Чечни, проинформировал центр со слов Аиши.

22 апреля Апти позвонил сотрудник Пятигорского отдела полиции, ответственный за надзор над ним, и попросил срочно приехать, чтобы забрать ознакомительные документы по надзору. У отдела, как только Апти и Аиша вышли из такси, их схватили силовики в масках. Всего, по словам Аиши, силовиков было примерно 15 человек. Они скрутили обоих, надели на них наручники, посадили в микроавтобус и отвезли в съёмную квартиру семьи. Причину задержания они не объяснили, по дороге оскорбляли супругов, указано в сообщении.

На опубликованной ТАСС 25 мая видеозаписи задержания видно, как оперативники ФСБ подбегают во дворе дома к мужчине с бородой и в бейсболке и заламывают ему руку. Находившуюся с мужчиной женщину в черном платке также задерживают и отводят в микроавтобус. Также на видео снят момент обследования какого-то помещения, в ходе которого силовики обнаруживают металлические шарики и какое-то сыпучее вещество.

В квартире сотрудники ФСБ провели обыск, ничего противозаконного не нашли. Они изъяли телефоны всех членов семьи и банковские карты. Силовики угрозами заставили Аишу назвать пароль от её телефона и требовали, чтобы она дала показания против мужа. Один из сотрудников ФСБ сказал ей, что Апти "на этот раз не выйдет из тюрьмы через 14 лет и она может его не ждать", а также потребовал, чтобы она в ближайшее время покинула Пятигорск, говорится в пресс-релизе центра.

23 апреля Висаева доставили в Норильск, в тот же день следственный отдел УФСБ Красноярского края предъявил ему обвинение в склонении к террористической деятельности и пособничестве терроризму, уголовное дело было возбуждено днём раньше. 24 апреля Норильский городской суд арестовал Висаева на два месяца, арест дважды продлевался. С июня следственные действия практически не проводились, указано в сообщении.

Аиша Мутаева рассказала, что она вернулась с детьми в Норильск 27 апреля. 29 апреля её пригласили в отдел ФСБ по Норильску и сообщили, что инкриминируют Апти. До этого момента она не знала, где муж находится и в чём его обвиняют.

Часть 1 статьи 205.1 УК РФ (склонение к террористической деятельности) предусматривает до 15 лет лишения свободы, часть 3 той же статьи (пособничество терроризму) - до 20 лет лишения свободы.

Уголовное дело построено на показаниях двух засекреченных свидетелей

Из материалов уголовного дела следует, что Апти Висаев, поддерживая идеи запрещённой судом в России  международной террористической организации "Имарат Кавказ", в Telegram и Instagram (аккаунты которых были привязаны к номеру для тайного общения с соучастниками) с 30 марта по 5 апреля  призывал вести вооружённый "джихад" и склонял "Азада Беккаримова" (данные засекречены) совершить самоподрыв на параде 9 мая 2021 года в честь Дня Победы на Площади памяти героев в Норильске. С 6 по 14 апреля Висаев объяснял "Беккаримову" через мессенджеры, как собрать самодельное взрывное устройство, скидывал ему ссылки с инструкциями и сообщил, где в Норильске он спрятал приобретённые им для этой цели материалы — порох и металлическую дробь. В переписке, которая есть в материалах дела, Апти пишет, что за ним постоянно следят и поэтому он не может собрать бомбу и совершить теракт. Он пишет "Беккаримову", чтобы тот сам купил всё остальное — 15-литровые ведра, монтажную пену и гвозди, проинформировал "Мемориал"*.

"Беккаримов", который выступает в деле главным свидетелем сам пришел в ФСБ и всё рассказал. 14 апреля сотрудники ФСБ при его участии нашли пакет со взрывчатым веществом, патронами, дробью и металлической банкой в подвале многоэтажного дома, в котором находится квартира Апти. Дактилоскопическая экспертиза показала, что отпечатки пальцев на банке непригодны для идентификации, указано в сообщении.

Второй засекреченный свидетель, "Руслан Семёнов", не имеет прямого отношения к обвинению. Он утверждает, что Висаев написал ему в Instagram и прислал свой "секретный" номер телефона. По версии обвинения Апти пользовался этим номером тайком, но в привязанных к нему аккаунтах указал свои реальные данные и на аватарку поставил своё фото, подчеркнули правозащитники.

Семенов поделился со следователем, что с Висаевым у него сложились доброжелательные отношения, но он ему показался "скрытным и двуличным человеком", "исповедует ислам, однако мечеть не посещает", проинформировала сегодня "Новая газета". 

Силовики могли подбросить вещественные доказательства в квартиру Висаева до обыска

23 апреля сотрудники ФСБ провели обыск в квартире Апти в Норильске. Висаев всё время обыска находился на кухне. По официальной информации, силовики обнаружили экстремистскую литературу, пистолет (по словам Аиши, это игрушка их детей, которая стреляет алюминиевыми пульками), средства связи (как сообщила Аиша - ноутбук и кнопочный мобильный телефон, в котором была сим-карта с "секретным номером"), банковские карты, вещества и компоненты для изготовления взрывного устройства (пакет с зелёным веществом и шесть патронов). Аиша утверждает, что из всего перечисленного им принадлежат только пистолет, карты и ноутбук, говорится в пресс-релизе "Мемориала"*.

По словам Аиши Мутаевой, 18 апреля ей позвонили из аварийной службы Норильска и сообщили, что у них в квартире прорвало трубу и затопило соседей снизу. Супруги попросили знакомого Апти Ибрагима выехать на место, проследить за тем, что там происходит, и забрать из квартиры запасные ключи. Он так и сделал. Сотрудники аварийной службы зафиксировали, что дверь балкона была вскрыта до их прихода, вентиля на радиаторах перекрыты и все трубы заморозились. В разговоре с Аишей это подтвердил и Ибрагим, который там присутствовал. Она считает, что это было подстроено, чтобы "выманить их из Пятигорска до 9 мая и взять её мужа с поличным". Когда Аиша вернулась из Пятигорска 27 апреля, по ее словам, Ибрагим рассказал, что 22 апреля сотрудники ФСБ забрали у него ключи от квартиры. Жена Висаева считает, что силовики могли сфальсифицировать улики против Апти, так как у них был доступ в их дом, указано в сообщении.

Жена арестованного заявила о давлении следствия на Висаева и фальсификации улик

По словам Аиши Мутаевой, на мужа оказывают давление, чтобы он признал вину. 23 июня ей позволили встретиться с Апти в Норильском отделе ФСБ, чтобы она уговорила его дать признательные показания и пойти на сделку со следствием — обещали смягчить приговор. Но она не стала уговаривать мужа, а поддержала в его намерении "не брать на себя вину за то, чего он не совершал". Силовики угрожали Апти, что "выдворят Аишу из Норильска, или ещё хуже, подкинут ей что-то незаконное, посадят в тюрьму, его самого на пожизненный срок отправят в худшую колонию, где он и год не продержится". Если он подпишет признательные показания, уговаривали они, пойдёт на досудебное соглашение и будет секретным свидетелем в подобных уголовных делах, то выйдет на свободу через семь лет и сможет "проводить в первый класс свою младшую дочь", подчеркивается в пресс-релизе.

Висаев рассказал своим адвокатам, что 29 июля в камере норильского СИЗО его избили шесть сотрудников. Трое из них были в масках. На следующий день его перевели в СИЗО-1 в Красноярске. В начале августа адвокаты запросили копии записей с камер видеонаблюдения из СИЗО, но до сих пор не получили ответ, указал "Мемориал"*.

Во время очередной проверки камеры вошли около семи сотрудников изолятора и без предупреждения набросились. По словам адвокатов, двое держали Висаева за руки, один наносил удары в область печени и почек, пишет "Новая газета". 

Супруга Висаева считает, что переписка с "секретного номера", в которой Апти призывает "Беккаримова" совершить теракт, сфабрикована. Сообщения, в которых её муж склоняет свидетеля к теракту, придуманы. Кроме того, в переписку скопированы и вставлены аудио- и текстовые сообщения на бытовые темы, которые Апти посылал со своего реального номера на Whatsapp знакомому Радмиру Садыкову, отбывавшему вместе с Висаевым срок в колонии в Норильске, отметили правозащитники.

Висаев считает, что под именем Беккаримова засекречен Садыков. Он заявил об этом сотрудникам ФСБ и потребовал очную ставку с ним. Те согласились, но так её и не провели. Адвокаты заявили ходатайство, чтобы реальную переписку Апти и Радмира в Whatsapp (этот телефон находится у ФСБ) восстановили, но им отказали, сообщается в пресс-релизе.

Аиша Мутаева рассказала, что Радмир начал чуть ли не преследовать её — постоянно подходил к ней на улице, пытался выяснить, что нового в деле, известно ли, кто "оговорил Апти". Говорил, что его тоже допрашивали в ФСБ, но они с Апти общались в Whatsapp только на бытовые темы. Он заявил, что на допросе в ФСБ ему показали переписку, где Апти призывает собеседника к совершению теракта, но отметил, что его друг никогда так не писал и это не его стиль. Он не смог ответить на вопрос Аиши, почему ему показали переписку из дела, когда даже с адвокатов взяли подписку о неразглашении. Так как Радмир не оставлял её в покое, она написала заявление в ФСБ о преследовании с его стороны, говорится в сообщении на сайте центра.

По словам Аиши, её муж не пользовался Telegram и своей страницы в Instagram у него не было. Он не умел этого делать, так как большую часть своей взрослой жизни провел в тюрьме и "цифровой прогресс обошёл его стороной". Даже Whatsapp на его телефон для него скачала Аиша и учила его им пользоваться, указано в пресс-релизе.

Висаев считает, что нынешнее преследование связано с его прошлым и с тем, что местным силовикам не нравилось его общение с бывшими заключенными, которым он помогал в трудоустройстве и делал передачки другим сидельцам. "У них была претензия, почему я помогаю другим заключенным, почему не возвращаюсь в Чечню", - приводятся в публикации "Новой газеты" слова Висаева.

"Мемориал"* также отметил, что Апти Висаев в 2005 году был приговорен Верховным судом Чечни к 14 годам и 11 месяцам по обвинению в участии в незаконном вооруженном формировании, теракте, незаконном приобретении оружия и боеприпасов и посягательстве на жизнь сотрудника правоохранительных органов. Признательные показания Апти дал под жестокими пытками. В суде он отказался от этих показаний и рассказал о пытках. Последние 11 лет срока он отбывал в норильской колонии строгого режима №15.

В 2019 году Висаев вышел на свободу. По ходатайству администрации колонии суд установил за ним административный надзор на восемь лет. Висаев остался жить в Норильске, работал монтажником в управляющей компании "Северный управдом" и подрабатывал водителем такси. В апреле 2020 года он женился на Аише, у которой было четверо детей от первого брака. В декабре 2020 года у них родился общий ребенок, в том же месяце с Висаева частично сняли надзор. После освобождения в 2019 году Висаева неоднократно вызывали сотрудники ФСБ, предлагали сотрудничество, но он отказывался, указано в сообщении.

Мать Висаева сообщила о пытках сына в Чечне

Во время второй чеченской войны семья Висаева жила в Черноречье — это пригород Грозного. Он сам, тогда подросток, мать с отцом и две сестры. Семья пережила войну тяжело, бегали из одного бомбоубежища в другое, спасались, как могли, рассказала мать Висаева Хава Устарханова "Новой газете".

По ее словам, 2 февраля 2005 года к ним домой ворвались силовики. Висаева подозревали в участии в бандформировании и серии терактов. До того, как доставить Висаева в отделение, по его словам, его избивали, сломали ребра, сразу несколько силовиков угрожали убийством, душили пакетом, наносили удары пластиковой бутылкой по голове, били током и ножами, морили голодом, приковывали наручниками к батарее и в таком состоянии оставляли на несколько дней. Пытки длились неделями, но все истязания закончились, когда Висаев подписал признание, говорится в сегодняшней публикации.

"После задержания шесть дней о нем ничего не знали. Я знаю, что сына пытали. В документах писали, что ранения он получил за три месяца до ареста, но это неправда. У него огромные шрамы на теле, спине и ягодицах. Я все эти шрамы сама видела. Он во всем сознался, чтобы не умереть. Ему говорили: либо умрешь, либо подпишешь признание", - процитировала газета Устарханову.

* - организация включена Минюстом России в реестр НКО, выполняющих функции иностранного агента.

Автор: