Похищения, пытки и казни в Чечне - многолетнее расследование Елены Милашиной

С начала 2017 года «Новая газета» ведет расследование о массовых арестах без суда, пытках, казнях и осуждении «под копирку» более 100 человек в декабре 2016 и январе 2017 года в Чечне. По утверждению редакции, все, что описывают журналисты, «задокументировано правоохранительными и судебными органами Российской Федерации, а также напрямую подтверждено открытыми, неанонимными свидетельствами очевидцев описываемых событий».

Об участниках расследования

Расследование ведется «совместно с правозащитным центром «Мемориал»* и НКО «Правовая инициатива»*, движением »Российская ЛГБТ-сеть», общественным объединением »Комитет против пыток» и блестящей командой адвокатов», - пишет автор материала Елена Милашина. 

Публикации

После того, как «Новой газете» стало известно о массовых задержаниях жителей Чечни в связи с их нетрадиционной сексуальной ориентацией — или подозрением в таковой, —  в апреле 2017 года были обнародованы два материала: «Убийства чести» и «Расправы над чеченскими геями (18+)». В связи с огромным международным давлением правоохранительные органы России впервые (и то — с трудом) начали доследственную проверку по фактам внесудебных казней в Чечне. 20 апреля газета передала имеющуюся у нее информацию следствию.

В июле того же года вышел материал «Это была казнь» со списком 27 казненных без суда людей. Однако, в марте 2018 года СКР вынес окончательный отказ в возбуждении уголовного дела по заявлению «Новой газеты» и больше к теме массовых внесудебных расправ в Чечне не возвращался. В феврале 2021 опубликована статья «Казнь после смерти». В марте 2021 года вышло интервью с участником событий Сулейманом Гезмахмаевым «Я служил в чеченской полиции и не хотел убивать людей».

Химическая реакция

В день очередной публикации по расследованию, утром 15 марта 2021 года, здание, в котором, в частности, расположена редакция «Новой газеты», подверглось химической атаке. О пострадавших заявили главред издания Дмитрий Муратов и РИА Новости. По заявлению экстренных служб опасных веществ в здании найдено не было.  На видео, полученное с камеры наблюдения возле редакции газеты, видно, как некто одетый в форму курьера сервиса «Яндекс.Еда» ведет велосипед, затем останавливается и из заднего колеса велосипеда распыляется некое вещество. Это продолжается около десяти секунд, затем человек садится на велосипед и уезжает.

Позднее Дмитрий Муратов в интервью Znak.com назвал инцидент терактом и связал его с публикацией о «ЧВК Вагнера». Редакция подала заявления в прокуратуру, другие силовые структуры, департамент общественной безопасности Москвы и администрацию президента России.

Новые угрозы

После публикации интервью со свидетелем участники митинга в Грозном 17 марта потребовали закрытия газеты и прокляли Елену Милашину. Критика в адрес Рамзана Кадырова или силовиков в Чечне равна критике в адрес всех чеченцев, объявил на митинге глава Общественной палаты Чечни. А на странице полка им. Кадырова в Instagram опубликовано обращение бойцов полка к президенту России в связи с публикациями. Авторы обращения просят его пресечь «информационную войну» против подразделения, называя «основным рупором» этой борьбы «Новую газету». Бойцов полка полиции особого назначения имени Ахмата Кадырова принуждают к тому, чтобы кто-то из них «взял на себя ответственность пресечь оскорбления всего личного состава», - заявил на видео один из чеченских силовиков.

Журналисты «Новой газеты» готовы прекратить работу, если гарантией этого станет прекращение нарушений прав человека в Чечне, сообщили в пресс-службе издания. При этом в Кремле отмежевались от вопроса о закрытии. Бойцам полка следует адресовать суду, а не Владимиру Путину свои требования, - заявил пресс-секретарь президента Дмитрий Песков.

16 марта, после публикации интервью, силовики доставили в Грозный трех родственников Сулеймана Гезмахмаева, проживающих в селе Ачхой-Мартан, и предъявили ультиматум. От мужчин потребовали сообщить, где сейчас находятся его мать, брат и сестра. Также от родственников требовали добиться от бывшего полицейского, чтобы он написал покаянное письмо, где бы назвал выдуманными и не соответствующими действительности сведения, которые сообщил «Новой газете».

«[Силовики] заявили Гезмахмаевым, что, если это не будет сделано в ближайшие дни, «семье будет очень плохо». После этого мужчин отпустили», - говорится в поступившем сегодня «Кавказскому узлу» сообщении правозащитного центра «Мемориал». О произошедшем правозащитникам стало известно от односельчан родственников Сулеймана Гезмахмаева.

Источники

«Каждый факт в этом тексте подтвержден официально: ведомственными документами, вступившими в силу приговорами, материалами уголовных дел, следственных проверок сообщений о преступлении, протоколами судебных процессов. Все свидетельства очевидцев описываемых событий задокументированы в соответствии с законами Российской Федерации. Все эти люди дали согласие на публичное использование их персональных данных и показаний», - утверждает журналистка.

Помимо сотрудников правоохранительных органов Чечни (в частности, из УФСБ и МВД по ЧР) авторам расследования удалось убедить жителей Чечни, ставших очевидцами незаконных задержаний, пыток и внесудебных расправ, открыто дать об этом показания. Два сотрудника силовых структур остаются анонимными: личность одного из них вообще не известна, второй взял с расследователей слово. Так как он подвергает себя огромному риску, авторы согласились на это условие.

Основной свидетель

«Новая газета» опубликовала интервью бывшего старшего сержанта полиции и полицейского-стрелка полка им. Кадырова, Сулеймана Гезмахмаева из Ачхой-Мартана, который участвовал в так называемых спецмероприятиях, а на самом деле массовых задержаниях, проводившихся по приказу руководства Чечни в январе 2017 года. В материале «Я служил в чеченской полиции и не хотел убивать людей» издание подчеркивает, что этот человек «вышел на контакт с «Новой газетой» еще в 2017 году».

«Он согласился дать интервью и нотариально заверил свои показания для Следственного комитета России, не скрывая своего имени и должности. И для него это решение было делом принципа. Он просил только об одном — защитить семью, сам он готов был остаться в России, чтобы сотрудничать со следствием. Но мы приняли решение вывезти из страны всю семью, включая самого свидетеля», - пишет Елена Милашина. Авторы расследования «досконально проверили его рассказ и смогли его подтвердить», утверждает она, подчеркнув, что этот силовик «не участвовал в пытках» и «был одним из немногих сотрудников полка, кто проявлял к задержанным сочувствие».

Впервые Сулейман Гезмахмаев сообщил детали внесудебной расправы над задержанными еще 2 июня 2017 года, когда излагал офицеру немецкой миграционной службы причины, побудившие его бежать из России и просить статус беженца в Германии. Это интервью «безусловно доказывает», что Гезмахмаев рассказывал о событиях, очевидцем которых стал лично, так как на тот момент в публичном пространстве не было никаких сообщений о задержании и казни людей на территории полка им. Кадырова в январе 2017 года.

В интервью газете бывший силовик подробно рассказал о фальсификации итогов спецопераций, избиениях, пытках и убийствах, описав порядок действий перед казнями. Он назвал часть убитых поименно. «Я хорошо помню Имрана Дасаева, Махму Мускиева, Аюба Цикмаева, Сайд-Рамзана Абдулкеримова, Ахмеда Тучаева, Муслима Шепиева… Их всех убили. Только Имрана Дасаева оставили живым», - сообщил Гезмахмаев.

Сулейман Гезмахмаев называет участников событий и с другой стороны: он упоминает главу администрации Шалинского района Турпал-Али Ибрагимова и его четверых охранников, начальника Шалинского РОВД Тамерлана Мусаева и командира полка им. Кадырова Аслана Ирасханова. Звучало предложение не расстреливать, а душить, - потому что после выстрелов остаются следы от пуль и кровь, которая оставляет стойкий запах.

Таблицы

После публикации «Это была казнь» на электронную почту журналиста «Новой газеты» некто прислал таблицу, которая содержала фотографические и персональные данные 67 задержанных в январе 2017 года жителей Чечни, а также сведения о результатах оперативно-разыскных мероприятий.

Позднее расследователям удалось получить «оригинал еще одной таблицы МВД — теперь уже с данными о 108 задержанных в декабре 2016 и в январе 2017 года и, главное, с их цветными фотографиями». В этой таблице (авторы не сомневаются в том, что она составлялась сотрудниками МВД по ЧР) приведены максимально подробное данные о чеченских силовых структурах, проводивших задержания, а все 108 фотографий задержанных сгруппированы в соответствии с тем, какое подразделение задерживало людей.

Силовые структуры

Из этих таблиц следует, что в задержаниях в декабре 2016 – январе 2017 года принимали участие сотрудники многих силовых структур. В полк Патрульно-постовой службы имени Ахмата Кадырова доставили 58 человек. Трое задержанных приходятся на ОМОН, а 17 – на ЦПЭ МВД по ЧР совместно с сотрудниками ОМВД России по Грозненскому району.

Усилиями Федеральной службы войск национальной гвардии СОБР «Терек» ГУ МВД России по СКФО задержано 14 человек.  ОМВД России по городу Аргун -10, УУР МВД по ЧР – 4, ОП № 2 УМВД России по городу Грозный – 1, ОМВД России по городу Шали – 1.

По районам

Внесудебные аресты проводились в 10 районах республики. «Вот как распределились задержанные по районам Чечни: Курчалоевский — 23 задержанных, Шалинский — 41 задержанный, Шелковской — один задержанный, Наурский — трое задержанных, Грозненский район — 19 задержанных, Старопромысловский — четверо задержанных, Ленинский — один задержанный, Заводской район — один задержанный, Октябрьский — семь задержанных, по городу Аргуну — 10 задержанных. По полученным позже свидетельствам выживших задержанных и их родственников, сотрудники отделов [силовых структур] вышеуказанных районов Чечни также принимали непосредственное участие в массовых задержаниях в декабре 2016 и в январе 2017 года», — говорится в публикации.

О роли Рамзана Кадырова

Утверждение о том, что оперативные мероприятия проходили по поручению главы Чечни, строится на выпусках новостей республиканских СМИ от 11-17 января 2017 года, которые, к тому же, «являются объективными доказательствами самого факта массовых задержаний». Так, новостной сюжет от 11 января 2017 года начинается с того, что в результате спецопераций в Курчалоевском районе «четверо уничтожены и десятки задержаны». Далее корреспондент говорит, что «оперативные мероприятия проходят по поручению главы Чечни.

В одном из сюжетов Кадыров лично допрашивает одного из задержанных – Адама Дасаева, в другом – стоит «бок о бок» с его двоюродным братом Имраном. При этом в официальном обвинении, предъявленном позже Имрану Дасаеву, указано, что он был задержан 12 февраля, - то есть через месяц после репортажа ЧГТРК «Грозный» о его фактическом задержании.

Казненные

Не менее 31 жителя Чечни были убиты – их данные фигурируют в списке, переданным газетой Следственному комитету России.  По данным расследователей, 27 из них казнили на территории полка имени Кадырова: «двоих расстреляли, остальных задушили». Еще четверо были задержаны, подвергнуты страшным пыткам и погибли в результате организованной в Чечне в конце февраля 2017 года массовой кампании против местного ЛГБТ-сообщества.

Осужденные под копирку

«Большинство задержанных в декабре 2016 и в январе 2017 года жителей Чечни были в последующие месяцы осуждены на разные сроки (в том числе условные) именно по 222-й статье УК РФ (хранение оружия). Если почитать тексты приговоров, то легко убедиться, что всем им вменяются преступления, идентичные по своей фабуле. Шел человек по селу, встретил патруль, показался ему подозрительным, в ходе личного досмотра у прохожего «обнаружили черный пластиковый пакет с гранатой». В системе координат сегодняшней Чечни обвинение в хранении оружия — все равно, что признание невиновности. Это самый «легкий» исход, на который может надеяться чеченец, оказавшийся в «секретной тюрьме», - пишет Елена Милашина.

Бергаев, Юсупов и другие

«Новая газета» на примере некоторых задержанных показывает, как проводилось расследование. Так, в ночь с 17 на 18 декабря 2016 года в Чечне - пишет журналистка - начались массовые задержания после того, как поздно вечером в центре Грозного полицейский патруль расстрелял мчащуюся на огромной скорости машину, сбившую сотрудника ДПС.

Из 6 человек, находившихся в машине, трое, по официальным сообщениям чеченского МВД, были убиты в перестрелке. Другие — Мадина Шахбиева, Ислам Бергаев и Сахаб Юсупов — получили ранения, были задержаны и госпитализированы. А 20 декабря Бергаев и Юсупов умерли в больнице (Шахбиева, по оперативным данным МВД – 22 декабря).

По данным источника «Кавказского узла», Мадина Шахбиева, раненая в ходе спецоперации в Грозном, была вывезена из больницы, убита и похоронена без поминальных обрядов. Эти сведения подтвердил достоверный источник ПЦ «Мемориал»*, который сообщил также, что родственники Шахбиевой, среди которых есть сотрудники силовых структур, «отказались» от нее после похищения из больницы, говорится в справке «Кавказского узла» «Кровная месть — как теперь убивают на Кавказе».

При этом посмертные судебно-медицинские экспертизы «представляют собой один и тот же текст с совершенно одинаковым описанием огнестрельного ранения (в верхнюю треть левой голени) и других травм, якобы ставших причиной смерти и Бергаева, и Юсупова. Любопытно то, что в текстах обеих экспертиз повторяются идентичные опечатки. Из этих опечаток [...] очевидно, что медицинские документы, которые исследует эксперт [...], — это один и тот же эпикриз пациента женского (!) пола. Поэтому мы предполагаем, что экспертизы Бергаева и Юсупова на самом деле могли быть сделаны на основе медицинской карты Мадины Шахбиевой. Именно она, по данным МВД по ЧР, опубликованным федеральными СМИ, действительно получила при задержании тяжелое ранение, в результате чего ей ампутировали ногу», — говорится в публикации.

Расследователи нашли фото- и видеодоказательства того, что Юсупов и Бергаев были живы после официальной смерти 20 декабря 2016 года. В частности, их фотографии есть в той самой таблице задержанных, а также в постановочных видеосюжетах с присягой и отречением от ИГИЛ**.

«Новая газета» обнаружила несколько таких видео с «лжеприсягой» и последующим отречением людей из списка. Помимо Юсупова и Бергаева издание идентифицирует там Адама Ильясова, Ислама Алимханова, Сайхана Эскарбиева и Альви Хакимова. Расследователи уверены, что эти видеозаписи «имеют огромное доказательное значение» и «скорее всего были сделаны в самом конце декабря 2016 года, после декабрьских задержаний всех 14 человек, которые фигурируют в таблице МВД и числятся за сотрудниками СОБРа «Терек»».

Действия следствия

Следственный комитет России проводил проверку по заявлению издания почти год. Следователи подтвердили гибель четырех человек. Двух человек они якобы обнаружили живыми и предъявили их уполномоченному по правам человека при президенте РФ Татьяне Москальковой, но в действительности это были родные братья убитых в январе 2017 года Махмы Мускиева и Шамхана Юсупова, которых вынудили пойти на обман.

Следствие придерживалось версии о смерти Бергаева и Юсупова 20 декабря 2016 года в больнице «от ранений, полученных в ходе боестолкновений с сотрудниками правоохранительных органов ЧР», проигнорировав ряд фото- и видеодоказательств.

В отношении 18 человек летом и осенью 2017 года были возбуждены уголовные дела, и все они были объявлены в международный розыск по обвинению в участии в террористических формированиях на территории Сирии. Еще трое, по версии следствия, пропали без вести.

«Следственный комитет России ни разу не удовлетворил ни одного ходатайства о государственной защите даже непосредственных жертв чеченских силовиков», - утверждает Елена Милашина. В марте 2018 года СК вынес окончательный отказ в возбуждении уголовного дела по заявлению «Новой газеты» и больше не возвращался к этому вопросу.

Реакция Кремля

Татьяна Москалькова получила информацию о казнях в Чечне от «Новой газеты» в марте 2017 года и докладывала об этом Владимиру Путину. В сентябре 2017 года она выразила откровенное недовольство затягиванием проверки. «Мы остались не удовлетворены длительностью проверки, проводимой СК по СКФО», - заявила она и выехала в Чечню.

Роскомнадзор по требованию Генпрокуратуры России возбудил два административных дела по статье о распространении заведомо недостоверной общественно значимой информации под видом достоверных сообщений (часть 9 статьи 13.15 КоАП) против редакции «Новой газеты» и ее главного редактора Дмитрия Муратова. Поводом для возбуждения дел стала статья журналистки Татьяны Юрасовой о провокациях, готовящихся к несанкционированному митингу 23 января в поддержку оппозиционера Алексея Навального, сообщило 16 февраля издание. Материал был удален в день публикации по требованию Роскомнадзора, отметило издание.

Однако, после этого визита активность уполномоченного также сошла на нет. Она не отреагировала на расследование «Новой газеты» о подмене жителей Чечни из «расстрельного списка» их братьями, - чтобы не вступать в конфронтацию с Рамзаном Кадыровым, полагает глава комитета «Гражданское содействие»* Светлана Ганнушкина.

Пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков сообщил 16 февраля 2021 года, что намерен ознакомиться с публикацией «Новой газеты» о задержании чеченскими силовиками 108 человек, часть которых стали жертвами внесудебной расправы. В связи с новым материалом от 15 марта он заявил, что газетная публикация не может считаться доказательством внесудебных казней, а заниматься рассмотрением такой информации должны правоохранители. 16 марта пресс-секретарь Владимира Путина подчеркнул, что после инцидента с химической атакой на редакцию «Новой газеты» будет проведено соответствующее расследование, а необходимости в специальных указаниях нет.

Елена Милашина подтвердила, что реакции Москальковой на подлог в Чечне до сих пор нет. «Татьяна Николаевна попросила все материалы, на основе которых была написана статья, обещала все проверить и больше на связь не выходила. Реакции после этого не было, с нами не связывались», - сказала Милашина корреспонденту «Кавказского узла».

* организация по решению министерства юстиции РФ включена в реестр НКО, выполняющих функции иностранного агента.

** организация признана террористической и запрещена в России решением суда.