Проект "Гласная" рассказал историю жертвы домашнего насилия из Чечни

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Ася Гажаева из Грозного скрывается с четырьмя детьми от мужа, безуспешно добиваясь развода. Расторгнуть брак в Чечне проблематично, так как Рамзан Кадыров провозгласил, что в республике "нет разводов", заявила Гажаева в интервью социальному проекту "Гласная", который ставит своей целью преодоление гендерных стереотипов.

"Новая газета" опубликовала 20 января большой материал о жизни жительницы Чечни Аси Гажаевой, которая уехала от мужа и забрала четверых детей. Материал о Гажаевой, которая "уже почти восемь лет добивается от мужа развода" и скрывает свое местонахождение ради безопасности, подготовлен социальным проектом "Гласная", направленным на преодоление гендерных стереотипов в современном российском обществе, указала автор публикации Екатерина Фомина.

Гажаева рассказала, что выросла в Грозном. Ее супруг, который на 12 лет старше, тоже родился в Грозном, но будучи по происхождению ингушом, во время чеченской войны жил в соседней республике.

По словам Гажаевой, в Чечне не ценят дочерей. "У нас горевание такое, когда дочь рождается, да вы что! Я знаю лично: соседка у меня трех девочек подряд родила - после каждой девочки муж ее избивал, избивал, избивал до потери сознания, инвалидом ее сделал за то, что она девочек родила. И от дочерей, и от нее отказался", — рассказала она.

При этом, отметила Гажаева, "мальчик для семьи никогда не бывает проблемным: хоть алкаш, пьяница вырастет — все равно гордость семьи".

С будущим супругом женщина, по ее словам, особо не встречалась. При этом она отметила, что жители Чечни "всегда преподносят себя красиво, но это до свадьбы". 

"Его мать была изначально против нашего брака, потому что я чеченка. Но она не могла ему отказать, потому что хотел жениться младший. У нас, вайнахов, раньше как-то это некрасиво было, считалось позором, если младший женится раньше старшего", — отметила Гажаева. "В этой семье за ничто меня приняли", — добавила она.

Гажаева отметила, что если бы сыновей воспитывали по "настоящим вайнахским традициям", то "женщины жили бы в шоколаде". "По нашим традициям женщины сидят дома, их уважают, их обеспечивают", — отметила она, тогда как сейчас все иначе — "женщины должна все, вот воспитание нынешних вайнахов — чеченцев и ингушей".

"Женщина должна все: сама родить, сама воспитать, сама накормить — еще мужа и всю его родню! А мужчины — это только бесплатное приложение. Сейчас, когда стараются женить сыновей, ищут побогаче сноху, которая будет их кормить", — поделились Гажаева. Под "ними" она подразумевает родню мужа.

Супруга она назвала "гастролером": "появлялся, когда ему нужны были деньги, когда ему было удобно".

Гажаева пыталась начать бизнес, открыла вещевой магазин на рынке "Беркат", но он сгорел. При этом она "продолжала его (супруга) материально поддерживать". "Сейчас у чеченцев и ингушей так: даже если женщина работает, зарабатывает, все равно должна разрешение спрашивать, как ей потратить деньги", — рассказала Гажаева.

Во время беременности четвертым ребенком муж, по словам Гажаевой, "отдубасил" ее. После этого она "пошла на следующий день к так называемому тейпу, к его родственникам". "Так и так, говорю, вот что он сделал. Спину показала. Они даже не пошевелились", — поделилась женщина воспоминаниями.

После этого Гажаева потребовала развода. "Со мной могло случиться как с Умаевой", — сказала она.

Мадина Умаева скончалась 12 июня в Гудермесе, в доме своего мужа Висхаджи Хамидова. Она была похоронена в спешке вечером того же дня. Ее супруг утверждал, что Мадина погибла, упав с лестницы во время эпилептического припадка. Близкие Умаевой рассказали, что между нею и мужем часто происходили ссоры, и что Мадина не страдала эпилепсией. Тело Умаевой было эксгумировано 20 июня, а через три дня в дело вмешался глава Чечни Рамзан Кадыров. Он заявил, что у близких Умаевой нет ни одного подтверждения того, что в ее смерти виновен супруг.

"Вот мне то же самое светило. Мне до сих пор это светит. Просто сейчас это как бы на слуху,  немножко, мне кажется, легче, когда на слуху", — считает Гажаева. По ее словам, женщины боятся уйти еще и потому, что "дома их уже не примут, как полагается, обратно".

Кроме того, по ее словам, могут забрать детей. "Женщины из-за детей терпят. Из-за детей, что угодно, конечно, готовы терпеть, любое унижение, любые побои. И все, женщина в тисках, у нее выбора нет никакого. В Центральной России, может быть, и оставляют детей с матерью, но в Чечне…", — рассказала она.

По словам Гажаевой, когда некому заступиться, "идешь в муфтият в надежде, что там тебе попы наши мусульманские помогут, а там, наоборот — получаешь".

Женщина рассказала, что писала пять заявлений за пять лет в муфтият с просьбой помочь с разводом. "И вот меня, наконец, вызвал кадий, служитель божий — подумала, по моему заявлению. Оказывается, нет. Такие же попы из Ингушетии позвонили: "Помоги нашему несчастному мужику, там такая язва сидит". Я ему объяснила всю ситуацию. Он мне придвинул Коран, чтобы я поклялась, что говорю правду. Я поклялась, а он все равно говорит: "Ты лгунья, ты такая, ты сякая. У нас приказ сверху: у непокорной жены, которая не хочет к мужу возвращаться, отбирать детей, отдавать мужу и выдворять из республики". Я ему говорю: "Ну и выдворите меня куда-нибудь в Финляндию, в Лондон". Прямо вот так сказала. Он мне говорит: "Ты что думаешь, я тебе шуточки шучу? Ты хочешь проверить это?" Я говорю: "Я хотела бы уехать, если вы выдворяете. Если акция еще действует, я согласна", — рассказала Гажаева.

По ее словам, в администрации каждого района в Чечне есть так называемые отделы по гармонизации семейных отношений. "Рамзан (Кадыров) сказал: "Нет разводов". А я говорю: "Есть", — заявила Гажаева.

По данным Росстата, в Чечне с января по май 2020 года зарегистрировано 2267 браков и 328 разводов. 

В 2020 году муж, по ее словам, забрал детей в Ингушетию. Вернуть Гажаевой удалось только четверых из пяти детей.

"Тогда начались угрозы, регулярные звонки замначальника РУВД, сотрудников полиции, хозяина квартиры, которую я снимала. Полиция пыталась нас найти. Даже таксиста, который нас вез, вызвали в отделение, допрашивали, мучили, как будто он что-то знает", — рассказала она, добавив, что однажды пыталась забрать старшего сына, но он не поехал.

В Ингушетии, по словам женщины, без ее участия состоялся суд, определивший, что дети должны жить с отцом. При этом муж подал на алименты. "Я хочу устроить свою жизнь. Объявить на всю Чечню, пускай смотрят: можно разводиться или нельзя, можно потом замуж выходить или нет. С детьми причем, с кучей. Я хочу снести экскаватором дом, который я построила, полностью — жить там я не буду — и давать интервью прямо там. Я просто хочу справедливости, я уже устала. Я хочу, чтобы другие женщины в такой ситуации получили хоть какие-то права", — резюмировала Гажаева.

Супруг Гажаевой утверждает, что "много прошел и терпел" из-за супруги, и "полтора года даже не слышал голоса своих детей". "Я почему в суд пошел? Потому что она бегает от меня, скрывается", — приводит его слова "Новая газета".

Автор: