Западный план по России и его реализация. Почему не удалось экономическое удушение?

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

***

См. 14 месяцев СВО: изначальный план и что от него осталось (upd) (28 апреля 2023).

 

Цели США на поле боя

Еще до начала боевых действий, американские чиновники заявили, что имеют 18 сценариев развития ситуации и прорабатывают их все. В России тогда смеялись над этим, демонстрируя собственную низкую стратегическую культуру, и говоря, что реализован будет 19й сценарий.

Но вряд ли что-либо происходящее вышло за пределы ожидаемого американцами. Более того сценарное планирование нужно потому, что можно заранее иметь план действий по каждому из сценариев и выиграть время, а в таких конфликтах время играет очень большую роль. Этим объясняется мгновенная реакция Запада в виде принятия санкций, совместных политических и пропагандистских мероприятий, а также военная поддержка Украины (например, законопроект о лендлизе был разработан уже 19 января 2022 года). Еще одно преимущество сценарного планирования, где, предпочтительно, у каждого сценария есть индекс полезности той или иной стороне, и расчетная вероятность реализации каждого сценария.

Имея на руках эти инструменты, можно постепенно склонять ситуацию в более выгодную сторону и перескакивать с одного сценария на другой, в конечном счете добиваясь нужных результатов. Как уже стало очевидно, американский план состоял во втягивании России в максимально кровопролитную войну в Украине и выстраивание под это всего западного сообщества, одновременно с выстраиванием в Украине устойчивой линии противодействия Кремлю. Альтернативный план (в случае, если у России все получилось бы с военной точки зрения), состоял в том, чтобы организовать партизанско-диверсионное сопротивление в оккупированной Украине и окончательно задушить санкциями экономику России, попутно подорвав политический режим, вследствие чего Россия могла стать либо мировым изгоем, либо быть ввергнута во внутреннюю смуту.

 

Западная помощь Украине

В организации противодействия России на поле боя американцы оказались очень эффективными. Было решено несколько задач:

Всего этого, вкупе с ошибками российских элит, оказалось достаточно для того, чтобы эффективно противодействовать российской (как уже видно, заржавевшей) военной машине, и сформировать позиционный фронт, а иногда и добиваться локальных побед. Вместе с тем, без вышеперечисленного Украина бы вообще воевать не смогла; именно этим и был вызван паралич власти в первый день: никакой боевой дух не поможет, если нет техники, хорошего управления, разведданных, финансовый поток, политическая поддержка и кадровое обеспечение, да и, как уже сказано, без прямого участия Запада всеми возможными средствами, этот боевой дух был бы ниже, учитывая, что в первые недели на украинском информационном поле доминировали российские источники, несмотря на тщательную их очистку в предшествовавшие 8 лет.

Изъятие любого из вышеприведенных компонентов помощи Запада Украине нарушит сложившийся баланс, а отмена всей помощи полностью обрушит фронт в течение считанных дней или недель (10 мая об этом сказал и Боррель). Имея громадный тыл в виде всего Запада, Украина очень успешно противостояла России на протяжении последних 14 месяцев, но как сейчас, так и в дальнейшем, действия Киева не могут быть изолированными и будут зависеть от возможностей, целей и намерений западных союзников.

Существует мнение, что Украина могла бы победить Россию, если бы Запад дал ей еще больше оружия и прочих ресурсов, а раз не делает этого, то Запад не хочет поражения России. Здесь делается ошибка – по результатам судят о последствиях, что не всегда корректно. Во-первых, нанесение стратегического поражения России чревато ядерной войной, о чем российское руководство уже заявляло. Во-вторых, если усиление фронта с западной стороны будет настолько эффективным и мощным, что Россия (с небольшой иранской помощью) не сможет справляться, то в этот конфликт определенно будет вовлечен Китай, который усилит российский фронт со своей стороны. В-третьих, на Западе хорошо умеют считать, и стремятся к оказанию такой помощи, которая не принципиально затронет уровень жизни и экономическое положение самих западных стран, а также их обороноспособность.

Это практически удалось: расходы на Украину сравнялись с ежегодными расходами на Афганистан, при том, что эффективность несопоставимо выше, как и достигнутые результаты. Продемонстрирована способность побеждать российскую армию на поле боя, хотя российское руководство этого всячески избегало и армия заранее отступала из всех опасных направлений. Переоценивать эту способность и считать российскую армию бумажным тигром не стоит: да, на уровне командования, вооружений и др. есть серьезные проблемы, но, если против тебя окопана численно превосходящая армия (речь о сухопутных войсках, находящихся на ТВД), да еще и вооружаемая всем блоком НАТО, наступать в таких условиях трудно. Американцы занимали Ирак в совершенно других условиях, где была консолидация десятков стран в их пользу, а Ирак оказался в изоляции.

 

Американская стратегия – на поле боя и за его пределами

Итак, американская военно-политическая стратегия оказалась довольно успешной, а достигнутые результаты максимальные в существующих условиях: как ни крути, Россия обладала колоссальными запасами боеприпасов и прочих вооружений еще с советского периода и, несмотря на неэффективное использование (огненный вал, штурм укреплений в лоб), чисто физически огня на российской стороне гораздо больше. Не говоря уже о том, что Зеленский неоднократно вмешивался в боевые действия и «портил игру», например, критике подвергаются его решения по Бахмуту и Мариуполю.

Но большая игра США заключается не в победе на поле боя, это лишь элемент стратегии. Если исходить из того, что стратегическая цель заключается в сохранении доминирующего положения в мире (в т.ч. сохранении монопольного положения финансового центра в США), а это недопущение китайского лидерства и предварительное лишение его возможности союза с Россией, изоляция Китая с севера и северо-востока. Для этого, по меньшей мере, в России должна быть сменена власть, желательна смена режима или полное обрушение политической системы России, что в крайнем сценарии может принять формы территориальной фрагментации, поскольку понятно, что сильный авторитарный центр удерживает провинции, но отсутствие такового может разбудить большое число противоречий, в латентной форме присутствующих сейчас и проявившихся в прошлом.

Судя по всему, очень важным элементом этой стратегии является лишение России ядерного арсенала или его такая минимизация, что он перестанет являться фактором планетарного масштаба, а это тоже невозможно без смены власти. Кроме того, Россия, являющаяся конкурентом США в сфере экспорта вооружений и ряда других отраслей в стратегически важных сферах (космос, атом), отрезана от технологического импорта и сотрудничества, что, предположительно, подорвет ее способность к разработке собственных систем вооружения, сопоставимых с западными.

А так как Россия претендует на собственную сферу влияния на постсоветском пространстве и все активнее вмешивается в процессы в других регионах, в частности, на Ближнем Востоке и в Африке, общей стратегией становится системное сдерживание России, что реализуется путем принятия санкций на уровне США, Евросоюза, Японии и их союзников.

 

Попытка экономической изоляции России и финансовые последствия для Запада

Как политическая, так и технологическая, военная и дипломатическая линия государства может быть реализована лишь при должном финансовом обеспечении, а это, в свою очередь, возможно при сохранении экономической стабильности. Что мы видим в этой сфере?

Экономический спад России оказался несопоставимо ниже, чем прогнозировался. К примеру, прогноз МВФ от апреля 2022 года давал -8.5% ВВП в 2022 году, а на практике оказалось -2.1% (в 4 раза меньше). См.: Прогноз МВФ для мировой экономики и Южного Кавказа (14 апреля 2023). Похожие прогнозы в тот период делали и российские эксперты, так что это не какое-то специальное отношение экспертов МВФ или кривая методология. Спад на 2.1% это не так уж много, но, если учитывать, что в начале года был рост на 4.6%, а по итогам года -2.1%, то дельта роста составила 6.7% (против прогнозируемой в 13.1%), что меньше уже в два раза. Так что экономические потери России тоже не стоит недооценивать: они велики.

На этом фоне были арестованы активы российского Центробанка, брались под контроль российские зарубежные предприятия, а западные компании выходили из России под общественным или политическим давлением. Все это производилось в очень короткий период (преимущественно, в марте 2022 года), и целью было вызвать максимальную амплитуду изменений за кратчайший срок, с точки зрения обвала уровня и качества жизни. Однако все эти меры не дали нужного результата, российские власти также приняли ряд контрмер, чтобы смягчить удар и кое-где даже наносили экономические контрудары.

Уже в 2023 году экономическая ситуация в России начала выправляться; ожидается экономический рост, хотя в вопросе темпов восстановления существуют разногласия. Инфляция оказалась довольно умеренной, сравнимой с европейскими странами, а это позволило сохранить уровень жизни сравнительно стабильным и предотвратить импорт конфликта вглубь российской территории. Судя по опросам, ситуация на полях сражений, сильно не сказывается на уровне доверия к власти, а народ заинтересован именно в стабильности власти, а не в том, чтобы эта власть предпринимала те или иные конкретные действия (по опросам практически равное число россиян – около 60% - готово поддержать Путина как в вопросе эскалации, так и в вопросе заключения мира). Тому способствовала и пропаганда Кремля, фокусирующаяся на необходимости пассивности граждан.

В 2022 году было много ожиданий (в первую очередь, в самой России, но не только), что энергетический кризис приведет к серьезным проблемам для Евросоюза. По ряду причин (в первую очередь, замещение поставок и сокращение потребления), эти ожидания не реализовались. Проблемы были, но их пережили не очень тяжело.

Но и для России все сложилось не так плохо. Рубль устоял, несмотря на серьезное давление, и находится на сопоставимых с началом 2022 года уровнях, а в середине 2022 года и вовсе наблюдалась ревальвация. К началу 2023 года сложилась неоднозначная ситуация. С одной стороны, санкционное давление продолжало возрастать, принимались новые пакеты санкций, «потолок цен» и т.д. По идее, это должно привести к накопительному эффекту. С другой стороны – напротив, российская экономика адаптируется и каждый новый удар становится все менее болезненным, если вообще чувствуется. И тут можно сказать, что как минимум на экономическом фронте у Запада такие же успехи как у России на боевом. Можно выделить несколько проблем.

  1. Неадекватными были исходные оценки о последствиях для российской экономики – то есть вопрос не только в том, что была проведена эффективная контрсанкционная работа, но и в том, что сами санкции не могли привести к столь катастрофическим результатам. Причина тому то, что российская экономика в большей степени завязана на реальный сектор, и особенно на природные ресурсы, чем западные, а модели влияния строились исходя из структуры западных экономик. Эти результаты сами по себе подрывают легитимность санкционной войны, так что в долгосрочной перспективе их влияние на страны, предпринявшие санкции, тоже будет отрицательным.
  2. Подрыв доверия к западной финансовой системе вследствие превращения доллара в оружие (weaponization). Это уже факт, который зафиксирован не только развивающимися странами, но и на самом Западе. Целенаправленная политика по подрыву российской экономики, отключение от свифта, отмена всех принципов свободной торговли, существующих соглашений и арест активов вывели Запад из роли арбитра в роль игрока, а значит, международные активы постепенно будут искать другие места для базирования (на данный момент в топе – золото).
  3. Декаплинг (decoupling/разрыв) российской экономики с западной глобальной экономикой оказался не то чтобы не таким болезненным, как ожидалось, а вовсе безболезненным. Да, у России много экономических проблем, но в основном они вызваны либо неэффективным управлением, либо целенаправленными ударами по российской экономике, но не «разворотом на Восток». Слепая ориентация российских политических и экономических элит на Запад, вероятно, была выгодна этим элитам, но совсем не факт, что была выгодна России, поскольку в рамках центро-периферийной модели, Запад выстроил систему неэквивалентного обмена со всеми развивающимися экономиками, и Россия здесь не исключение. И то, что разрыв прошел безболезненно, также как и то, что на Западе все чаще слышны голоса о том, что надо торговать только с демократическими странами (то есть закрыться внутри западного блока), является очень плохим признаком для западноцентричной глобализации.
  4. Лишение России технологий работает все менее эффективно. Китай, почти нехотя, но заместил Запад на российских рынках – резко скакнула доля как юаня на торгах, так и китайских автомобилей, и китайских телефонов, которые сегодня вполне конкурентоспособны. В сфере более чувствительных технологий это сотрудничество сегодня ограниченно. Но это тоже временно – после окончательного ухудшения отношений Китая с США (не за горами), эти препоны будут сняты. Учитывая, что на данный момент Китай лидирует в 37 из 44 критических технологий мира (согласно ASPI), причем в 8 из них близок к монополии, долгосрочной технологической изоляции России не выйдет.
  5. Есть и еще одна, парадоксальная причина низкой эффективности санкционного давления. Она заключается в том, что сравнительно высокий уровень коррупции и нехватка эффективного управления в России, долгосрочно замедляющие ее развитие, создают потенциал, реализация которого в виде снижения издержек и борьба с коррупцией, могут дать дополнительное ускорение экономики или в кризисный период компенсировать экономический спад. Очевидно, этот фактор за прошедшие 15 месяцев сыграл не последнюю роль в демпфировании экономического удара.

На данный момент серьезным вопросом является вероятность мирового экономического кризиса, при том, что финансовый кризис уже налицо с проблемами фондовых рынков, банков и инфляции. И санкционная война является не последней причиной этого. Ниже представлен график динамики ожиданий менеджеров по закупкам промышленных предприятий по разным странам. Для понимания - выше 50 - предполагает ожидания роста по экономике, ниже 50 - спада. Отсюда мы видим, что ситуация в промышленности западных не внушает оптимизма. Источник - ТГ MMI.

 

Дипломатическая изоляция и ее результаты

Следующий вопрос касается дипломатической изоляции. Первоочередной целью западных стран в 2022 году стала дипломатическая изоляция Российской Федерации и мобилизация максимально широкой коалиции в пользу такого развития. Изначально все выглядело хорошо – одна за другой страны присоединялись к изоляции и это выглядело как принцип домино.

Антироссийская консолидация вовлекла порядка 60-65 стран, но потом сошла на нет. В связи с этим, на Западе внезапно заметили, что Запад не весь мир, а лишь его часть. Мировое большинство не с Западом. Оно и не с Россией, оно сейчас занимает выжидательную позицию, и вообще не считает происходящее своей ключевой проблемой. Самыми жестокими войнами последнего времени являются гражданская война в Эфиопии (Африка), гражданские войны с серьезным внешним вмешательством в Сирии и Йемене (Азия/Ближний Восток). Я специально указал регионы, чтобы показать, что в этих регионах понятным образом внимание будет приковано к собственным проблемам. В Латинской Америке можно выделить, к примеру, нарковойну в Мексике, где война с организованным криминальным миром привела к 350-400 тыс. погибших, 60 тыс. пропавших без вести и др., не забывая о Колумбии и Венесуэле. В юго-восточной Азии можно вспомнить войну с преступностью на Филиппинах, ряд этнических и религиозных конфликтов (Новая Гвинея, Тимор, Бирма, Филиппины) и ситуацию вокруг Тайваня и Китая в целом, а также индо-пакистанский конфликт. Добавим к вышесказанному Афганистан, Ирак, где до сих пор все очень неблагополучно и Египет и Судан, живущие на пороховой бочке, станет понятно, что проблем в мире много, и многих раздражает фокус Запада на российско-украинском конфликте.

Учитывая вышесказанное, приоритетность российской тематики неизбежно снижается, «моральное превосходство Запада» выглядит, мягко говоря, несуразно, а дипломатическая изоляция России подвергается эрозии. Способствует этому и деградация демократии в западных странах, где шпиономания и алармизм властей по поводу популизма и фейков привели к серьезному ограничению свобод граждан.

Это отношение манифестирует сразу несколько важных исследований, опубликованных за последнее время. Среди них можно выделить: «Разделенный мир» (A World Divided: Russia, China and the West, Кембриджский университет, центр публичной политики Беннетта), а также исследования Economist Intelligence Unit: Russia can count on support from many developing countries (2022), Russia’s pockets of support are growing in the developing world (2023). Причем EIU не дал честное объяснение ситуации: оно заключается не в том, что Кремль организовал некие хитроумные манипуляции или провел успешный дипломатический гамбит, а в том, что очень многие развивающиеся страны не хотят поддерживать Запад и если и поддерживают Россию, то в пику Западу из-за неоколониальной политики Запада, а не из-за политики России. Осуждающая коалиция тоже сформировалась не то чтобы добровольно. Почти на каждую страну и ее правящий класс оказывалось адресное дипломатическое, политическое и экономическое давление, чтобы добиться ее включения в коалицию осуждения.

Карта EIU за 2023 год

По данным EIU, ситуация выглядит следующим образом.

 

По населению

По ВВП

 

2022

2023

2022

2023

Поддержка России

3.9

5.6

2.6

3.3

Склоняются к России

27.6

27.5

16.8

16.8

Нейтральные

32.1

30.7

10.1

12.0

Склоняются к Западу

20.3

21.0

9.3

7.8

Осуждение России

16.1

15.2

61.2

60.1

 

Это исследование можно и нужно критиковать, но все же стоит отметить, что оно достаточно глубокое, серьезное и включает в себя анализ большого массива. Среди неточностей я бы выделил то, что включение, к примеру, Венгрии в список однозначно осуждающих стран, не отвечает действительности. Не все руководства западных стран выразили свою позицию явно, даже если и были приняты коллективные заявления. Сербия на риторическом уровне поддерживала Россию, а вот Казахстан – напротив, Россию ни разу не поддержал. Еще одна проблема – исключение из подсчета России и Украины. В этом уравнении такой подход не вполне приемлем, учитывая, что сами американцы в подсчете есть, а они напрямую участвуют в игре. Еще одна проблема заключается в том, что ВВП считался по обменному курсу, но правильнее считать по паритету покупательной способности, что резко сменит экономический баланс.

 

Выводы

Из вышеприведенного текста понятно, что Россия действительно имеет дело с коллективным Западом, объединенным как никогда прежде. Украинское сопротивление не имело бы и доли тех ресурсов, с помощью которых оно вышло на позиционный фронт и отбило значительную часть потерянных в первый месяц территорий. См. также: 14 месяцев СВО: изначальный план и что от него осталось (upd) (28 апреля 2023).

Моментальная реакция сразу на всех площадках продемонстрировала, что бывший гегемон - США - все еще являются действующим, повысила престиж США, показала способность штатов действовать напористо, эффективно и добиваться результатов. Это было следствием предварительной стратегической работы, подготовки сценариев, проработки направлений политики, что было реализовано в кратчайшие сроки и помогло добиться результатов. Но этот изначальный успех привел к перенапряжению, раздражению в других регионах мира, так что США отчасти стали жертвой собственного успеха.

Сложилась совершенно парадоксальная ситуация. Западный ответ России оказался наиболее эффективным (относительно ожиданий) в той сфере, в которой региональное лидерство России не оспаривалось – в военной. Помимо ситуации на поле боя в самой Украине, мы видим и более фундаментальные изменения. В их числе состоявшееся вступление Финляндии в НАТО (и, вероятно, будущее вступление Швеции), крупные программы перевооружения, принятые рядом западных стран, а также проект наращивания вооруженных сил вблизи российских границ (объединенная группировка НАТО в Польше и Балтии); усиление ВС Польши, внесение военного компонента в проект Триморья, потенциальная милитаризация Скандинавии и в принципе вывод ряда стран из военного нейтралитета.

В сфере дипломатий американцы добились многого, но это достижение оказалось временным и уже происходит откат, который (при сохранении позиционного характера боевых действий в Украине) будет продолжаться и постепенно начнет затрагивать сам западный блок, где тоже существуют критические голоса по политике в отношении Украины.

В экономической и финансовой сфере, именно там, где у России самые слабые позиции, а у Запада – напротив, самые сильные, результаты самые скромные. Ущерб российской экономике оказался гораздо меньше ожидаемого, а косвенные последствия для западной экономики оказались высокими и продолжают нарастать.

Этот парадокс должен иметь объяснение. Как представляется, объяснение Федора Лукьянова, согласно которому тот факт, что в последние 30 лет российские элиты концентрировались именно на экономике, а не на военной сфере, и является объяснением этих результатов. Добавлю еще одно: в военной сфере у Запада имеется большой нереализованный потенциал, который как минимум частично можно реализовать достаточно быстро. А вот в экономической сфере Запад находится на нисходящей траектории, и нынешние энергетические и финансовые трудности этот тренд лишь усиливают. Фундаментальной его причиной является демография, и эта тенденция является очень долгоиграющей.

Как результирующая вышеприведенных трендов, можно сказать, что Запад сегодня дальше от реализации стратегической цели по демонтажу путинского режима и установлению во власти компрадорских элит, чем был в феврале 2022 года. Недовольство в России явно существует, и оно усиливается мобилизацией и ошибками, приводящими к серьезным последствиям, но оно еще не близко к тому, чтобы сгенерировать какой бы то ни было протестный потенциал.

При этом, стоит упомянуть, что все вышесказанное лишь отражает те тенденции и события, которые уже произошли или находятся в высокой фазе развития, но не претендует на прогностическую силу, и ситуация может измениться в любую сторону, в зависимости как от ситуации в зоне боевых действий, так и от большого числа других политических и экономических факторов, которые меняются с очень большой скоростью.