Вырос социальный оптимизм, растут ожидания, но они не всегда оправдываются – опрос

Я опубликовал часть результатов этого опроса 2 дня назад: Общенациональный опрос – рейтинг одобрения Пашиняна 92%. Но это было не все. Во-первых, сама MPG опубликовала не все, во-вторых, там было еще несколько вопросов, которых я тогда не успел коснуться. Те вопросы, которые были опубликованы в первой части, имели отношение только к рейтингу самого Пашиняна, тогда как сейчас набор вопросов более общий. Сейчас пройдем по ним по очереди.

Выросло число людей, удовлетворенных своей жизнью. В ноябре 2017 года 15.5% были полностью удовлетворены своей жизнью, в сентябре это число выросло до 21.4%. Однако количество полностью неудовлетворенных сократилось не так сильно – с 15.4% до 14.0%. Основная же масса народу частично удовлетворена жизнью (46.3%) или частично не удовлетворена жизнью (17.9%).

На оценку материальной обеспеченности события последнего года почти не повлияли. Опять же изменились крайности – 2.6% (вместо 2.1%) считают «очень хорошим» уровень материального обеспечения своей семьи, и 6.3% (вместо 6.9%) считают его очень плохим. Все остальные показатели изменились на 0.1%-0.2%. Можно сказать, что по этому вопросу все изменения в рамках статистической погрешности, но небольшое изменение в сторону более позитивной оценки все же заметно. И я думаю, оно может быть вызвано как революцией, так и результатами экономического роста.

Однако характерно, что текущую экономическую ситуацию своей семьи оценивали как «плохую» или «очень плохую» 19.7% в ноябре 2017 года и 19.2% в сентябре 2018 года. Это понятно – даже массовое воодушевление, возникшее в результате революции, не влияет на конкретную материальную реальность, которую человек видит у себя дома. Поэтому, эту оценку следует во многом считать объективной. Не стоит забывать только про разность стандартов разных людей – то, что для одних хорошо – для других плохо и наоборот. В то же время, их восприятие ситуации в стране изменилось радикально. 38.7% считают экономическую ситуацию в стране плохой или очень плохой вместо 67.4% в ноябре 2017 года. И это при том, что ситуация не изменилась: ведь ситуация в стране и является совокупной ситуацией домохозяйств.

Оценка положения собственной семьи vs ситуации в стране за 5 месяцев до и через 5 месяцев после революции

Обратите внимание, что в то время как левая сторона обоих графиков совсем не изменилась, радикально изменилась правая сторона. Вообще, более скептическая оценка ситуации в стране, по сравнению с оценкой собственного положения, является нормой во всем мире. Однако разным является зазор. Я видел данные разных стран и скажу, что та, по-прежнему довольно скептическая оценка экономики, которая заметна в Армении сейчас, присутствует много где. Но почти нигде или вообще нигде вы не встретите столь негативного отношения, как это было в Армении до революции. Я уже как-то писал о том, что восприятие коррупции в Армении было самым негативным на всем постсоциалистическом пространстве и при небольшом отличии реальной ситуации, к примеру, от Грузии, восприятие было в 10 раз более высоким, чем там. Вот каков perception gap в Армении, и даже эйфория не сделала восприятие позитивным.

Соответственно изменению оценки ситуации в стране, изменились ожидания – люди ожидают более высокого уровня жизни в следующем году. В ноябре 2017 года улучшения ожидали 28.3%, а сейчас – 61%. Я собрал также данные за прошлые годы, приведя их для сравнения. Вы можете ознакомиться с ними здесь.

Ожидание улучшений материального положения собственной семьи

Интересно, что в вопросе реализации ожиданий, люди наоборот считают, что ожидания общества реализовались в большей степени, чем их собственные. Это означает, что они склонны переоценивать оценку обществом деятельности революционного правительства.

Разница между мнением общества и ожидаемым мнением общества

Пока сохраняется столь внушительное большинство (78.6% в первом случае и 87.6% во втором), неудивительно, что люди переоценивают позитив в оценках правительству. Им предлагается оценить мнение общества в целом, которое действительно положительно. Поэтому даже те, кто настроены скептически сами, считают, что большинство скорее удовлетворено происходящим. Стоит отметить, что похожий эффект, но в противоположную сторону, фиксируется, когда большинство настроено скептически, тогда общество переоценивает негативную оценку большинством ситуации.

67.8% считают, что через год правительству Пашиняна удастся решить основные проблемы, стоящие перед страной, из них 22.7% твердо уверены в этом. Это уже фиксирует некоторое снижение по сравнению с маем, когда скорейшего разрешения проблем ожидали 78%. См. 78% ожидают скорейшего решения основных проблем, стоящих перед Арменией, 75% поддерживают партию Пашиняна – опрос. В лучшем случае это означает, что часть людей поняла, что проблемы гораздо сложнее и в течение года их разрешить невозможно. Однако это также может означать, что люди начинают склоняться к тому, что Пашинян просто с недостаточной страстью решает эти проблемы – и тогда либо надо удвоить усилия, либо искать нового Пашиняна. Эти ожидания всегда подогревались газетами, где писалось, что монополии, коррупцию, бедность, даже Карабахскую войну и т.д. можно прекратить одним росчерком пера и небольшим усилием политической воли, которую власти обычно не проявляют, потому что сами заинтересованы в поддержании этих явлений.

Интересно, что деятельность правительства Пашиняна люди оценивают более скептически, чем деятельность самого Пашиняна. Пашинян получил 45.4% полностью положительных оценок своих деятельность, тогда как правительство – 33.0%. Сумма скептиков и неопределившихся в случае Пашиняна составила 8.4%, а правительства – 16%. Однако в данном случае оценивается «правительство, назначенное самим Пашиняном», тогда как оценка деятельности правительства как института куда ниже. Положительная оценка составляет 62.4%, а сумма негативных оценок и неопределившихся соответственно 37.6%. Здесь может быть две причины – говоря о «правительстве Пашиняна» люди имплицитно понимают поддержку революции, тогда как говоря о правительстве как институте оценивают деятельность института в более общих понятиях. Разумеется, положительная оценка деятельности премьер-министра выше, чем правительства – в данный момент она составляет 89%, но и деятельность президента (в частности, Армена Саргсяна) оценивают положительно 76% респондентов. В то же время, деятельность парламента позитивно оценивают лишь 24.4% опрошенных. Интересно также, что доверие «нынешним властям» в более общем виде выразили почти 75%, в т.ч. 26.5% полное доверие. Это означает, что чем более вопрос удаляется от оценки революции, тем больше скептицизма проявляют респонденты.

Итак, ожидания сегодня очень велики – 61% населения ожидают улучшения собственной жизни через год. Чего именно они ожидают?

37.1% ожидают, что правительство повысит зарплаты, пенсии, снизит налоги. 25.8% считают, что правительство приведет всех предпринимателей в законное поле. 25.1% ожидают, что правительство сумеет улучшить экономическую ситуацию в стране. Лишь 6.2% считают, что правительству не удастся зафиксировать каких бы то ни было экономических результатов. Разумеется, бросается в глаза первый пункт – повышение зарплат и пенсий/снижение налогов. По моему мнению, однако, довольно мало людей отметили этот пункт и в действительности, ожидания людей гораздо более абстрактны, тогда как банального повышения зарплат и пенсий ожидает скорее меньшинство, пусть и довольно значительное. Думаю, можно с достаточной уверенностью говорить, что общество ожидает от нового правительства реформ в стране, а не улучшения личного благосостояния граждан, ожидая, что это станет результатом реформ.

Среди руководителей государства и членов правительства самый высокий рейтинг имеет Артур Ванецян, глава СНБ (опрос был проведен непосредственно перед публикацией «прослушки»). По пятибалльной шкале средняя оценка его деятельности составила 4.56 баллов. На втором месте министр обороны Давид Тоноян – 4.39. На третьем – начальник полиции Валерий Осипян, получивший 4.35 баллов. Как мы видим, в переходный период, чреватый множественными рисками, общество поддерживает силовиков. Высокий рейтинг главы СНБ также связан с поддержкой/ожиданием репрессий в отношении крупного бизнеса/представителей прошлых властей. Следующую группу с высоким рейтингом составляют представители блока «Елк» от партнерских партий – Мане Тандилян (4.10) и Артак Зейналян (4.09), что также вызвано занимаемыми позициями и ожиданием справедливости. Еще более низкий, но сравнимый рейтинг (3.70-3.96) имеют члены партии Пашиняна «Гражданский договор», дальше идут партнеры по коалиции и технократы. Из них выделяется министр иностранных дел Зограб Мнацаканян и бывший министр чрезвычайных ситуаций Грачья Ростомян. Я бы посоветовал взглянуть на результаты опроса, проведенного на сайте b4b в мае: Новое правительство Армении. Кадровый состав, рейтинг и взаимосвязи , а также в августе (на армянском). Результаты эти довольно похожи, хотя есть и различия, вызванные тем, что интернет-опрос и общенациональный опрос имеют разную (пусть и постоянно сближающуюся в последние годы) репрезентативность.

Интересный момент. Мне задавали вопросы относительно того, почему MPG переоценила явку на выборах. MPG не оценивала явку на выборах, MPG спросила людей, примут ли они участие в выборах. И о таковом участии заявили 67% (однозначно, а также 13+% - вероятно). Люди всегда переоценивают свою активность – будь то участие в выборах, религиозные службы, участие в митингах, волонтерство и так далее. 21.1% опрошенных сказали, что участвовали в митинге 17 августа. Даже если учитывать, что кто-то проходил мимо митинга, кто-то митинговал не в Ереване, такое число не может набраться ни в каком случае. Кто-то участвовал в каком-то другом митинге и в какое-то другое время, кто-то просто присоединяется к «большинству». Так преломляются воспоминания людей и их восприятие событий, современниками которых они были (и потому часто они начинают считать себя их участниками). Это важно понимать всем ученым социальных наук.

Наконец, как люди оценивают вероятность «контрреволюции». 20% считают, что она возможна (каждый пятый из них оценивает ее вероятность как высокую) и 74% считают, что она невозможна. 6% затруднились ответить.

Методология – опрошено 1106 человек лицом к лицу на основании квотирования в Ереване и 10 марзах Армении. Погрешность ±3%, даты полевых работ – то 3 до 11 сентября.