IWPR указал властям Грузии на практику обрезания девочек в аварских селах

Девочки из сел Кахетии, где проживают этнические аварцы, подвергаются обрезанию, причем в домашних условиях, сообщил Институт по освещению войны и мира (IWPR). Аппарат омбудсмена Грузии приступил к проверке этих сведений.

Женское обрезание - частичное или полное удаление наружных женских гениталий, а также нанесение других травм женским половым органам по немедицинским основаниям. Практика таких калечащих операций нацелена на контроль сексуальности женщины, ее поведения в плане сохранения девственности до брака и целомудренного образа жизни. Женское обрезание распространено, в частности, в некоторых районах Дагестана среди аварцев и причисленных к ним малочисленных народов. Подробнее о применении этой практики и отношении к ней на Кавказе можно прочитать в статье "Женское обрезание на Северном Кавказе", опубликованной в "Справочнике" "Кавказского узла".

Материал о распространении в Грузии практики женского обрезания под авторством журналистки Аиды Мирмаксумовой был опубликован IWPR 4 ноября на английском языке. Согласно нему, обрезанию подвергаются девочки из сел, где компактно проживают около трех тысяч этнических аварцев. В частности, это села Тиви, Сарусо и Чантлискуре Кварельского района, относящегося к Кахетии. Аварские сообщества ведут очень закрытый образ жизни, поэтому грузинские власти и жители окрестных сел, не принадлежащие к их культуре, сведениями о случаях женского обрезания не обладают, отмечается в материале.

IWPR приводит комментарии нескольких жительниц этих сел, которые объясняют, зачем, по их представлению, над девочками необходимо совершать калечащие операции.

"Мы мусульмане. Мы постимся в Рамадан. Мы соблюдаем наши исламские обычаи. Обрезание - тоже наша традиция. Мы без него не можем", - говорит женщина из села Сарусо.

"Мусульмане совершают обрезание как мальчиков, так и девочек. Я занимаюсь только девочками", - рассказывает другая жительница села, которая проводит калечащие операции на протяжении 20 лет и совершила их для "очень многих" девочек.

Для удаления кожи женщина использует ножницы и все операции проводит дома, в то время как обрезание мальчиков проводится в районной больнице. Перед проведением операции женщина молится Аллаху на аварском и просит, чтоб все прошло хорошо. Респондентка также отмечает, что научилась делать обрезание от своей свекрови.

"Она была опытная, делала это для всех в селе. Но я на незнакомых не провожу, только на тех, кого знаю", - приводит ее слова IWPR.

Как писал "Кавказский узел", широкое обсуждение проблемы совершения женского обрезания в Дагестане началось после публикации результатов исследования "Правовой инициативы" в августе 2016 года. Правозащитники отмечали, в частности, что калечащие операции на девочках совершаются при поддержке официального духовенства и рассматриваются населением как религиозная обязанность. 19 августа в Госдуму был внесен законопроект о наказании за женское обрезание. Вместе с тем, прокуратура, которая занялась этим вопросом, никаких подтверждений случаев женского обрезания в Дагестане найти не смогла, хотя, даже по предварительной оценке авторов исследования, в республике живут десятки тысяч женщин, над которыми проводились подобные операции.

В материале IWPR приводится комментарий одной из жительниц Сарусо, которая заявила, что была недовольна реакцией интернет-сообщества на исследование "Правовой инициативы". По ее словам, комментарии, которые она читала в соцсетях по этому поводу, были оскорбительными. 

"Некоторые смеялись над нами, некоторые издевались. Я отвечала им, чтоб они не насмехались над нашими обычаями, а лучше бы сохраняли свои. Мы мусульмане и мы делаем это в соответствии с мусульманскими обычаями. Я не стыжусь этого, я придерживаюсь своей веры", - заявила она.

Кроме апелляции к исламским традициям, респондентки IWPR объясняют практику женского обрезания тем, что после нее девочки будут менее темпераментными и впоследствии не станут изменять мужу.

Наконец, IWPR приводит комментарий жительницы села Тиви, которая выступает против калечащих операций.

"Это делается, чтобы в постели девочке ее мужчина был не нужен. Но какой интерес тогда будет в семейной жизни, что за брак в таком случае у них будет? Просто жить будут вместе? нет, я обрезать свою дочь не позволю", - сказала она. 

Она также заявила, что никакой настоящей связи между исламом и практикой женского обрезания нет, и в Коране об этом ничего не сказано. При этом, как отмечает IWPR, семья этой женщины длительное время жила в Махачкале и переехала в село недавно.

В заключении материала IWPR говорится, что организация обратилась в Минздрав Грузии и комитет по правам человека грузинского парламента, сообщив о случаях женского обрезания.

Аппарат обмудсмена Грузии получил сведения о результатах исследования IWPR в октябре и сразу же начал проверку по этому поводу, сообщила сегодня заместитель народного защитника Грузии Екатерина Схиладзе. За несколько поездок в данные села подтвердить сведения о женском обрезании там не удалось, утверждает она.

"На данный момент у нас нет конкретных результатов, но мы активно работаем с местной общиной. Состоялось несколько встреч с учителями, местным населением. Мы также планируем встретиться с другими целевыми группами", - заявила Схиладзе, чьи слова приводит "ИнтерпрессНьюс".

Напомним, по данным аппарата омбудсмена Грузии, в районах страны, где компактно проживают этнические меньшинства, распространена также практика ранних браков, из-за которой многие девочки не могут закончить свое обучение и вынуждены уходить из школ. С января 2016 года в законодательстве Грузии начали действовать поправки, запрещающие браки с участием несовершеннолетних без разрешения от судебных органов. Получить согласие суда на брак можно только с 17 лет, тогда как до внесения изменений в закон минимальный возраст для женитьбы составлял 16 лет. Для выдачи разрешения на ранний брак должны быть веские причины, такие как беременность или рождение ребенка.